Только ты одна

И хотя вокруг явное лето, яркое и солнечное, она размахивается и бросает им в окно снежок, который падает на пол купе и тает там, растекаясь грязноватой лужицей…

А Федя в это время как раз ехал в поезде. Лежа без сна на верхней полке плацкартного вагона, он думал о Яне и ее будущем муже, о матери и «дяде Саше», который совсем скоро станет его отчимом, об отце… На душе было тоскливо. Весь вечер он старательно изображал Янкиного брата и теперь чувствовал себя совершенно разбитым: это оказалось труднее, чем он представлял.

Может, не надо было сразу отступать? Попробовать отбить ее у этого хлыща? Но как, если они в Питере, а он – в Москве. Да и свадьба уже совсем скоро. Но ведь тогда, в «Катькином садике», Яна ответила на его совсем не братский поцелуй! А сегодня? Они столкнулись в узком коридорчике и засмеялись, потому что никак не могли разойтись, а потом затихли и замерли, глядя друг на друга. Но раздался звонок в дверь и разрушил чары. Федя начал дремать, и тут же перед ним засияли голубые, широко распахнутые глаза Янки, ее лицо приблизилось, нежные губы коснулись его губ… Он спал и улыбался во сне.

Глава 2

Золотая рыбка

…Чтоб служила мне рыбка золотаяИ была б у меня на посылках.А. С. Пушкин «Сказка о рыбаке и рыбке»Алина рыдала в голос. Бывший Вэл, нынешний Слава, а на самом деле Влад только что отвесил ей пощечину. Он был в полной ярости: нет, какая же эпическая дура! Он сознавал, что сам виноват: не надо было привлекать неопытную Алину, но искать другую девушку не было времени.

Да и к чему такой красоте зря пропадать, когда можно на ней заработать?

– Почему ты не сделала, как я велел? – кричал он. – Что за дурацкая самодеятельность?

– Я думала, так будет лу-учше…

– Думала она! Здесь думаю я. Твое дело слушаться.

– Сла-авочка… Прости-и…

– Сла-авочка! – передразнил он. – Ты хоть понимаешь, мимо каких денег я пролетел? Благодаря тебе, между прочим!

На самом деле ничего страшного не произошло: в этот раз не получилось, можно еще попытаться. Так что Влад возмущался и орал в чисто профилактических целях: в следующий раз Алина и пикнуть не посмеет.

К тому же ему страшно нравилось доводить ее до слез, а потом утешать, вот и сейчас он со все разгорающимся вожделением смотрел на ее дрожащее тело и зареванное личико.

– Ду-ура! – произнес он нежно и сел рядом, а Алина подобострастно заглянула ему в глаза:

– Я больше не буду, честно-честно.

– Чего не будешь? – Влад, усмехнувшись, снял с нее халатик и толкнул на постель.