Только ты одна

Вот черт! Федя налил большую кружку кипятка, насыпал растворимого кофе, вывалил две ложки сахару, подумал и добавил еще одну, потом кинул туда ломтик лимона. Размешал. Намазал хлеб маслом, положил сверху сыр и сунул Алине. Она вдруг схватила его за руку ледяными пальцами:

– Послушай, ты не виноват!

– Откуда ты знаешь, что я?..

– Я вижу. Ты хотел как лучше. Ты не знал, что получится так. Я тоже не знала. Прости меня.

– Ладно, пей кофе.

Федор вышел и набрал номер Макса:

– Макс, привет. Ты занят?

– В меру, а что?

– У меня проблема.

Хотел с тобой посоветоваться.

– Приезжай.

– А ты не мог бы сам приехать? Это касается Влада.

Помолчав, Макс сказал:

– Через час.

И повесил трубку. Он знал, что должен Федору – тот пару раз помогал ему, не взяв ни копейки. Макс восхищался этим пацаном: он сам в двадцать лет был полным раздолбаем, а этот уже хорошо разбирался, где какая рыба и почем, и знал, что некоторые услуги дороже денег. Но при мысли о Владе Макс нахмурился: он уже не раз пожалел, что когда-то связался с бывшим одноклассником и взял того в свое агентство.

Впрочем, агентство – слишком громко сказано. Их и было-то всего двое. Потом Макс ушел, продав Владу бизнес за символическую цену, потому что надоело охотиться на постоянно изменяющих мужей и жен. А это испытание верности, которое придумал Влад, и вовсе Максу не нравилось. Особенно после того, как он встретил Лиечку, свою будущую жену[2]. И что же этот придурок выкинул на сей раз? Федор не стал бы обращаться просто так.

– Хорошо живешь! – сказал Макс, оглядевшись у Федора.

 – Практически пентхауз. Комнаты не сдаешь?

– Тебе сдам, – улыбнулся Федя. – Надо?

Увидев Макса, Алина вжалась в спинку дивана: высокий молодой мужчина, крепкий и опасный с виду, с наголо бритой головой и суровым лицом. Но тут Макс улыбнулся и мгновенно преобразился: сверкнули белейшие зубы, глаза засияли, выразительно поднялась бровь, а на щеках появились ямочки.

– Это и есть твоя проблема? – спросил он, разглядывая Алину, которая куталась в большую бордовую шаль с кистями, тоже принадлежащую сиделке.

 – Симпатичная.

– Это Алина, – сказал Федор. – Та самая. Любовница отца."

"Макс присвистнул:

– И что она тут делает?

– Сама объяснит.

Алина рассказывала, и Федор морщился, во второй раз слушая ее историю, а Макс в какой-то момент непроизвольно сжал кулаки. Дослушав, он спросил:

– А ты не врешь?

– Нет, – печально ответила Алина. – Я разучилась.

– А раньше умела?

Она пожала плечами.

– Покажи ему, – велел Федор.