Тиран моей мечты

Я села, разгладила юбку, стараясь не дрожать и не сжимать кулаки. Только в животе что-то бурлило и переворачивалось.

— Вот вам документы, — Назар Миролюбович протянул мне какой-то конверт. — Отвезете их по адресу, который здесь указан. Потом вернетесь на работу. Вопросы? Я посмотрела на конверт. Другой конец города… Он с ума, что ли, сошел? У нас же курьер есть! Он, может, и сошел, но я-то нет. И поэтому я промолчала.

— Нет вопросов, Назар Миролюбович.

— Прекрасно. Идите. — Кивнул и потерял ко мне интерес, уткнувшись в монитор.

Секунды две я еще сидела на стуле перед начальством, ощущая почти непреодолимое желание ударить его этим самым конвертом по лбу или носу, но в конце концов встала и на дрожащих ногах направилась к выходу.

Действительно, какая разница — я или курьер? Если есть место «ниже плинтуса», то Черный сейчас прекрасно указал мне на то, что я именно там.

На улице шел проливной дождь. В сочетании с сырой промозглой осенней погодой это было очень неприятно, если не сказать хуже.

Но меня больше беспокоила не сохранность собственного бренного тела, а промокаемость документов. Я прекрасно понимала, что со мной сделает Черный, если я хоть капельку намочу — или помну, что тоже ужасно — его драгоценный конверт. Так что бумажная ценность была предварительно заключена в файл, затем в пластиковую папку- уголок, а после еще в два пакета. Я искренне надеялась, что этого хватит.

Полтора часа я добиралась до цели, и за это время продрогла так, что руки дрожали.

В самом же месте назначения я пробыла не дольше минуты — зашла, улыбнулась секретарю синими губами и оставила ей конверт.

— Да-да, — девушка закивала, окидывая меня удивленным взглядом. — Мы предупреждены, ждем. Спасибо. — И, поколебавшись, добавила: — А что, на улице настолько холодно? Улыбка моя стала слегка истеричной.

Может, мне было бы не так холодно, если бы я была готова к подобным поездкам. Но рассчитывая на то, что весь день проведу в офисе — а до метро мне от дома идти пару минут, и от метро до работы — отже, — я не стала слишком уж утепляться.

И теперь пожинала плоды своей глупости.

Точнее, самодурства Назара Миролюбовича.

— Терпимо."

"Во взгляде девушки отразилось сомнение, но объяснять мне ничего не хотелось. Я попрощалась и вышла на улицу. Вновь под проливной дождь.

В конечном итоге, перешагивая еще через полтора часа порог нашего офиса, я выглядела хуже, чем кикимора болотная.