Тихий остров

Голос Максима Измайлова дрожал лишь вначале, когда он разговаривал по телефону, но с каждой секундой становился все тверже.

— Я знаю, что это ты убил Рожкова, — говорил Измайлов. — Мне неинтересно, что у вас там получилось, но я хочу получить свою долю. Мне в дураках оставаться не улыбается. И имей в виду — если ты откажешься платить, я обо всем расскажу московскому оперу. А ему только того и надо. Он убийцу ищет и будет землю носом рыть, чтобы тебя посадить.

Все, что говорил его оппонент, записывалось. Однако тот был достаточно хитер, чтобы не выдать себя в этом разговоре каким-то неосторожным словом.

— Я не совсем понимаю, о чем ты, — звучал его ровный голос. — Но готов встретиться и обсудить это. Ты где сейчас находишься?"

"— Э-э-э, нет, — нервно засмеялся Измайлов. — Я не такой дурак, как ты думаешь. Нахожусь я в надежном месте, здесь тебе меня не достать. А встретимся завтра на берегу, в десять часов утра. Где точно, я тебе скажу тоже завтра. Для начала подъезжай к старой пристани, дальше я позвоню и объясню, куда ехать.

Да, деньги мне нужны наличными! Ровно половина. Думаю, что это справедливо.

— Но я не достану такую сумму до десяти! И вообще, это слишком много.

— Да? А мне так не кажется!

И Измайлов повесил трубку. На его лбу скопились крупные капли пота, которые сейчас начали стекать вниз. Каспаров похлопал его по плечу, а потом повернулся к Гурову:

— Ну как? Думаете, клюнет?

— Уверен, — ответил тот. — Причем приедет сам. У него никого не осталось. Все арестованы.

— Что ж, — сказал Каспаров.

 — Будем ждать. И готовиться, конечно.

Операция была назначена на десять часов, но подготовка к ней началась гораздо раньше. Гурову не очень хотелось в ней участвовать, и он договорился с Крячко, что присутствовать будет только Станислав. Для себя же Гуров оставил другое дело.

Максим Измайлов, получив многократные напутствия от полковника Каспарова, сидел в своей машине. Он был один и отъезжал от собственного дома — на случай, если за ним станут следить. Его еще вчера отпустили из полиции, и теперь он готовился ехать на место «икс».

Измайлов здорово нервничал, и у оперов, проводивших операцию, даже возникло сомнение, выдержат ли его нервы. Однако Измайлов заверил, что готов, потому что отлично понимает, что от ее успеха зависит его собственная жизнь. В конце концов, отрепетировав все не один раз, Измайлова снабдили необходимыми устройствами, и он поехал выполнять поручение. Крячко и Каспаров ехали следом в скромном автомобиле.