Терновый венец

Выкашляла остатки дремотного страха, но на смену ему пришла боль. Все тело ныло, кожа чесалась. Во сне Уна расчесала руку до крови – как раз возле запястья, куда вонзились змеиные зубы.

Воспоминания хлынули единым потоком – вип-комната, незнакомец… и шевелящийся в его животе змеиный клубок. Уну передернуло от смеси ужаса и брезгливости. Она никогда не видела ничего подобного, никогда не слышала о таком. А ведь она живет ни много ни мало в Кенгьюбери, столице графства Колуэр.

Как любая столица, город привлекает самых сильных колдунов, желающих найти применение своим талантам… и самых извращенных полуночников.

Но змеи, вырастающие из живота человека… Это уже чересчур.

Если бы не укус, Уна и вовсе решила бы, что ей все привиделось. Говорят, у тех, кто слишком часто употребляет фэйскую пыльцу, в крови сохраняется ее магическое воздействие. И порой проявляется в не самый подходящий момент.

Лежащий на тумбочке амулет зова засиял. Будь проклят этот Дойл! Уна задрожала, вспомнив пережитое.

Так было всегда. Очнувшись с дурной после пыльцы головой, просыпаясь с синяками от побоев грабителей, настигших ее в темной подворотне, наспех залечивая лодыжку, подвернутую во время побега от обезумевшей от жажды крови бааван-ши, Уна принимала холодный душ, замазывала синяки макияжем… и шла танцевать.

Уна со стоном дотянулась до медальона. Дойл так просто не отстанет. Увидев на обшарпанной стене проекцию его красного лица с выпученными от злости глазами, она еле удержалась, чтобы не скривиться.

– Где тебя бесы носят? – проревел Дойл свое обычное приветствие.

Бесы легко заменялись на чертей, а те – на более привычных слуху демонов, но общая канва вопроса оставалась неизменной.

– Клиент… вчера… – Уна все-таки не удержалась. Не знала еще, что именно будет говорить, но обвинительные слова были готовы сорваться с губ.

Кипящий гнев в голосе Дойла сменился арктическим холодом.

– Да, он сказал, что ты сбежала.