Терпи, неудачница!

А  потом я целовал ее во влажные волосы на макушке и не мог поверить,  что так теперь будет всегда!

- Женька, как ты её уговорила?

- Э-э, была причина, - она села в кровати, повернувшись ко мне спиной. По ее напряженной позе я понимал, что она что-то хочет сказать. - Но это так... потом. Сначала ты скажи, что там с судом!

- Ну что с судом? - говорить об этом не хотелось, но, конечно, я понимал, что она волнуется. - В следующий понедельник состоится. Повестку прислали. Адвокат говорит, что китайцы, наверное, не приедут.

И, в общем, если ты выступишь на моей стороне, расскажешь... ну, обо всем, как было на самом деле, меня ждет всего лишь штраф. Но срока быть не должно - все-таки пострадавших нет. Ты выступишь?

- Конечно. Саша, а если... я, конечно, думаю, что этого не случится, но вдруг все-таки тебя посадят?

- Вот еще. Адвокат говорит, в крайнем случае  - условно. И-то если удастся доказать, что у меня был какой-то злой умысел. Но его ведь не было! Скорее всего, просто нужно будет возместить их расходы, а фирма уже для всех вас предусмотрела возврат средств, затраченных на путевку.

Ну и, конечно, моральный ущерб. В любом случае кое-какие сбережения у меня есть... И, вообще, укладывайся спать, пока я не забыл о том, что ты устала и не показал еще раз, насколько сильно соскучился.

- Я, между прочим, весь полет спала... И тоже очень сильно соскучилась.

- Ну тогда, - я опрокинул ее на спину и провёл рукой от бедра вверх, собирая зачем-то надетую снова тонкую ткань шелковой ночной рубахи к груди, открывая своему взгляду ее обнаженное тело и чувствуя, как учащается пульс.

- Тогда иди ко мне...

43."

"Из кухни доносилось негромкое позвякивание посуды, тихий разговор. Мария Васильевна, судя по запахам, что-то готовила или разогревала для Варвары. Сашина мама встретила меня, как родную. И ее расположение к нам, ее доброе отношение сразу чувствовалось - ей все было интересно, она явно хотела угодить, и то и дело прикасалась к моей руке, когда уже к утру мы пили на кухне чай.

И когда Варвара начала зевать, именно Мария Васильевна обняла мою девочку за плечи и повела в спальню. И это ее внимание вовсе не напрягало меня, наоборот, трогало до глубины души - ведь она видела меня первый раз в своей жизни! Вот видно человека сразу же - хорошая, добрая, на мою Людмилу Ивановну похожа. И совсем не похожа на маму...

...Саша спал, лежа на животе. А я, проснувшись к обеду, заставляла себя выйти из комнаты, и не могла.