Теперь ему принадлежу. Беременна от монстра

Такой хороший момент… Тепло, уютно и ты рядом... Очень хотелось поцеловать, но не стала — разбужу.

Встала, подогрела воду для чая, постоянно поглядывая в окно: в круге света под фонарем крутило снег.

Погода тревожила — но это гормоны, в последние дни меня тревожит все... Скоро рожать. Я читала об этом, готовилась, но книги помогали мало…

Позади скрипнула половица.

Я пригубила чай и даже не обернулась — подставила щеку. Андрей обнял меня сзади, поцеловал, затем ушел умываться. Наш утренний ритуал. Вчера он оставил паспорт на столе, и я взяла пролистать.

— Почему ты не оставляешь настоящее имя? — спросила я, когда Андрей вернулся.

Андрей пожал плечами, делая себе кофе.

— А как меня будут звать? — уточнила я.

— У тебя останется твое. Елена.

Про фамилию я не спросила — какая разница? А имя старое, наверное, чтобы не сбивалась по привычке на настоящее. У меня опыта жизни под левыми документами нет. Перелистывала страницы паспорта. Регистрация и место рождения — город Москва.

— А у дочки какое будет отчество?

Я спросила ровно, не выказывая чувств и даже на него не смотрела.

Андрей выдержал паузу.

— Андреевна.

Я слегка улыбнулась, и вернулась к первой странице паспорта, рассматривая его фото. Ему тут лет тридцать пять-тридцать шесть. Красивый, только глаза выдают, что жизнь была несладкой.

— Откуда ты на самом деле? Где родился? Я хочу знать.

— В Питере.

— Серьезно? — я не поверила, что он так легко ответил.

Он облизал губы, взгляд на миг вильнул.

— Лен, я об этом не вспоминал с тех пор, как с армии вернулся.

— Понимаю, — я опустила глаза.

Интересно, но не заставлять же рассказывать о себе.

Он и не станет.

За годы привык скрывать правду, забыл про прежнюю жизнь. Сколько той жизни было, если в незаконные дела его втянули после армии. Человек-загадка.

— У меня была простая семья, — сказал он. — Тебе будет неинтересно о них слушать. Я давно их не видел.

Я прикусила губу, все еще рассматривая снимок.

И вспомнила фото, где он молодой и веселый — таким его запомнили родители. Давить не стала. Не хочет говорить, к чему портить ему настроение… После армии он домой не вернулся. Затем, наверное, уже не мог.

Грустно.

У меня тоже есть родня — тетя, двоюродные. Мне вообще придется покинуть страну и перечеркнуть все, что было. Он так и не сказал куда.

— А я тоже никогда не смогу вернуться? — тихо спросила я.

— Сможешь.