Теория поцелуя

– Тебе хорошо?

– Да, очень.

Я слышала его дыхание. Прерывистое, частое. Оно срывалось с его губ и смешивалось с моим. Наши сердца громыхали все сильнее. Мое тело дрожало от ощущений, которые я никогда прежде не испытывала. Мне не хотелось, чтобы этот трепетный, интимный момент нашего единения, такой невинный и зыбкий, когда-то заканчивался. Мне хотелось быть такой счастливой, как сейчас, абсолютно всегда.

– Я хотела тебе кое-что рассказать, – прошептала я.

Моя рука под его ладонью дрогнула.

– Что?

– Тогда с Левицким… у меня… у нас не было ничего.

После недолгого молчания Женя сказал:

– Тебе, наверное, было неприятно, что все об этом говорили.

– Очень! Очень обидно и больно. И чем больше я оправдывалась, тем меньше мне верили, поэтому однажды я просто забила на это.

– И тебе было важно, что о тебе думают другие?

Я прижалась, еще сильнее впитывая спиной его тепло.

– Я поняла, что мне важно только то, что об этом думаешь ты.

– А я вообще не думаю об этом, – прошептал он. – Я думаю только о тебе.

Мне ужасно хотелось повернуться и поцеловать его. Снова ощутить сладкий вкус его губ и вкус нового чувства, захватившего меня с головой. Но я не двигалась. Вряд ли церковь была подходящим местом для поцелуев.

– Хочешь попробовать позвонить в колокола? – вдруг спросил Женя.

– Я?

Тело протестующе заныло, когда парень отошел. Я нехотя обернулась.

– Вставай сюда! – Женя взял меня за руку и подвел к увитой веревками площадке. – Звук колокола зависит от его формы, величины и толщины.

– Это как-то спасет меня от того, что я собираюсь звонить в них без позволения священнослужителей? – забеспокоилась я. – Скажи сразу, нам попадет за это?

– Все будет нормально, не переживай.

Колокола зазвенели неожиданно громко, и я испуганно втянула голову в плечи.

– Не бойся! – подбодрил Женя, помогая мне. – Давай активнее, чтобы получилось красиво.

Я начала дергать за веревки невпопад, и по телу побежала горячая вибрация. Сердце билось уже где-то в ушах, мурашки табунами разбегались по телу.