Тень за моей спиной

— Жень, что происходит? Ты не на работе, плачешь, — спросил мужчина, и мне почудилось напряжение в его голосе, — он тебя обидел?

— Нет, — произнесла, нимало не переживая о том, поверит Сашка или нет. Плакаться об измене мужа ему я точно не стану.

— Ты, главное, не молчи, если он тебя обидит.

— А то что? — мне стало даже интересно, а ещё приятно. Ну, хоть кто-то пообещал вступиться! И отчего-то казалось, что слова Эрскина вряд ли расходятся с делом. В нём чувствовалась мощь и что-то потаённое, необыкновенно сильное, чего не замечала в наши ранние встречи.

— Убью, — прямо ответил мужчина на другом конце связи, а у меня мурашки пробежали по коже. Сердцем чувствовала, что он не врёт. — Так что Жень, не скрывай ничего. Если он виноват, то должен ответить как нормальный мужик.

Я быстро представила, что куда ни кинь — всюду клин! Как ни скажи, получается, жалуюсь на Сержа. И пусть я не желала его видеть, но не хотела, чтобы Аддерли из-за меня пострадал. Поэтому предпочла просто сменить тему разговора.

— Слушай, давай поговорим о чём-нибудь другом, — попросила и прикрыла глаза. — Хотя, нет! Ответь, только честно, — я прикусила губу, а потом продолжила, — ты сказал, что присматриваешь. Значит ли это, что если я захочу прогуляться среди ночи куда-нибудь, то за мной тоже будут следить? Или надзор не до такой степени?

— Ты куда-то собралась? — напряжение в голосе мужчины спало, чего я и добивалась.

— Я? Никуда. Это я так, теоретически."

"— Придётся и ночью выставить охрану, — усмехнулся бархатный голос, — могу и сам поработать охранником. Только не на улице, а рядом.

Намёк был более чем прозрачен, а мой ответ, он сам сорвался с губ:

— Скажи, как бы ты назвал свою жену, которая станет спать со своим бывшим другом?

И сама не ожидала от себя этих слов, но они помогли мне опомниться, снять наваждение и прийти в себя.

— Жень, подожди немного, я разведусь. И тогда мы с тобой поговорим о нас.

— А что же сейчас? — немного мрачно, но с толикой иронии произнесла. Конечно, кто не знает истории, в которых женатики годами кормят сказками несчастных влюблённых дур.

— Сейчас нельзя.