Темный

Однако все понимали, что полковник прав, и «Берсерки» стянули на обочину тягачами, а потом заминировали.

Пока все это происходило, экипажи дозаправили исправные танки и пополнили боезапас. На это ушло еще сорок минут. И опять по машинам.

Взрывы! Мы взорвали брошенные танки, и от грозных боевых монстров остался только каркас. Все остальное было уничтожено подрывным зарядом, который был заложен на боезапас. После чего мы продолжили марш. Вот только время было упущено. Мотострелки и артиллеристы двадцать первой дивизии не удержали Дорнхолл и отступили.

Они открыли противнику дорогу, и республиканцы, значительно превосходя сотый батальон по скорости и численности, ударили нам навстречу. Вражеские командиры не знали, где именно мы находимся. Но они понимали, что сейчас мы отступаем, и смогли предположить, по какой именно дороге. Не дураки ведь и карты у всех имеются.

– Наблюдаю танки противника! Дистанция тысяча семьсот метров!

Голос капитана Алехина из авангарда ворвался в эфир, и тут же вклинился комбат:

– Рассредоточиться! Первая рота прямо! Вторая на правый фланг! Третья на левый! Пехота в тылу! Прикрывать бензовозы, автомашины и тягачи! Идем на прорыв!

Мы развернулись в боевой порядок и по открытому полю, которое раньше было пастбищем, двинулись на противника.

Неважно, сколько против нас республиканцев. Наш батальон сокрушит любого противника. Примерно так мы думали, и это правильно, поскольку в критической ситуации сомнение может привести к поражению.

Говорят, на Земле был германский генерал, который изрек одну истину – танки с танками не воюют.

Но он ошибался. Еще как воюют. И я прибавил скорости. Хотелось как можно скорее поджечь очередной вражеский танк. Однако противник опередил нас, и неожиданно все поле покрылось высокими грязевыми фонтанами."

"«Кто!? Что!? Откуда!? Чем лупят республиканцы!? – проскочили у меня в голове вопросы, и тут же пришел ответ: – Это РСЗО. Республиканцы засекли нас, и по батальону работает не меньше трех дивизионов. Попали.

Причем серьезно. Огневой мешок и единственная возможность избавиться от ракет, разумеется, ближний бой с танками противника».

В соседний танк вонзилась вражеская ракета. Прямое попадание. Яркая вспышка и взрыв. Ввысь взметнулся огненный шлейф. Башенные люки отлетели, а следом еще один взрыв. Сдетонировал боезапас, и «Берсерк», несмотря на всю свою силу и крепкую броню, не выдержал. Башня подлетела в воздух, а горящий корпус покосился набок и замер на одном месте.