Темный

Снова местные жители и агенты корректировали действия вражеской авиации, и усиление потеряло больше ста человек убитыми, еще три гаубицы и полтора десятка единиц бронетехники.

Однако об этом мы узнали позже, и во время бомбежки я находился в танке. Решил, что в «Берсерке» безопасней. И пока вокруг рвались бомбы, я вел подсчет. За первый бой мой «Берсерк» уничтожил четыре вражеских танка, три бронетранспортера и взвод пехоты. Превосходный результат, хотя и не лучший. Капитан Торорм из первой роты подбил на два республиканских танка больше.

Но все равно для меня эта война начиналась неплохо, и я был доволен, что принял предложение Эрлинга. Вот что бы сейчас делал, находясь в столице? Скорее всего, как обычно, гулял, выпивал, спал с легкодоступными девушками и ждал очередного заказа от Робинзона. А теперь я при деле и мне это нравилось, ибо приятно осознавать, что ты кому-то нужен, в моем случае стране и боевым товарищам.

Так я скоротал полчаса. Бомбардировка прекратилась, мой экипаж вернулся в танк, и поступил приказ комбата:

– Внимание! Говорит «Сотка»! Приготовиться к маршу! Пехоту принять на броню!

Снова отступление.

Причина неизвестна. Наше дело маленькое, воевать и помирать, а что и почему, господин полковник знает. И, приняв на броню несколько пехотинцев, мы развернули «Берсерк» и вошли в батальонную колонну. На несколько минут замерли, и, открыв люк, я осмотрелся.

Небо опять затянуто тучами. Рядом догорал подбитый «Берсерк», а поврежденные машины были погружены на автоплатформы.

Настроение, несмотря на потери, у всех бодрое, даже у пехотинцев, которые из кавалеристов превратились в танковый десант. В общем, норма, война продолжалась.

Над танком командира роты появился красный флажок, а в наушниках прозвучала новая команда полковника Рекио:

– Начать марш!

Рыча движками, танки, автоплатформы, грузовики и тягачи вышли на раскисшую после дождя грунтовую дорогу и двинулись в сторону Нового Таллина. На шоссе не выходили, опасались республиканских самолетов, и скорость была невысокой.

А помимо того, возникла проблема с гружеными автоплатформами. Они зависали в грязи, и нам приходилось останавливаться. Одна заминка. Вторая и третья. Автоплатформы не тянули. Нужно было что-то делать. И комбат принял решение сбросить поврежденные «Берсерки», а затем подорвать.

Танки было жаль. Повреждения такие, что в заводских условиях боевые машины могли вернуться в строй через сутки.