Тринадцатый II (СИ)

Сергей забрал свою нить обратно, а вместе с ней и мою.

— Понял систему? Просто хватаешь и втягиваешь в подходящий канал!

— Да, давай скорее!

Я вложил второй конец энергетической веревки в свободную руку парня, и он тут же впитался в руку.

— Держи крепче, управляй с помощью источника, — сказал я, поднимая планшет.

Ох ты ж! Издалека это плетение не казалось таким сложным. Так, выбора уже нет. Убийца где-то рядом, а призрак ещё и покрывает его.

Вдох. Глубокий выдох.

Я максимально сосредоточился. Косячить нельзя, как и отпускать призрака дальше терроризировать общежитие.

Первая нить. Вторая под углом в сорок пять градусом. Третья наискосок…

Я плел заклинание, перепроверяя положение каждой нити. Но старался сильно не медлить, чтобы неоконченное плетение не взорвалось, как уже бывало на тренировках.

На лбу выступил пот. Я дышал через раз, опасаясь сбить концентрацию.

И вот она. Последняя нить.

Помню, что она определяет количество вложенной маны. А наш пленный призрак был уж очень силён. Поэтому решил не мелочиться и сделал последнюю нить чуть длиннее, чем предложено в справочнике заклинаний.

Отпустил плетение парить в воздухе и отошёл. От тревоги сдавило грудь. Ох, если я хоть один угол перепутал, нам кранты!

Серёга зажмурился, а я наблюдал, не моргая. Макар предусмотрительно скрылся в стене.

Белые нити маны сперва стали ярче. А затем направились к вражескому призраку. Впитались в него. Привидение заорало так громко, что мне пришлось закрыть уши руками. А вот Серёга скорчил лицо в гримасе боли, но хватку магических верёвок не ослаблял.

Эти несколько секунд показались бесконечными. Удивительно, что мы вообще не оглохли.

Призрак замолк и вытянулся. Завис в парящем состоянии, словно голограмма.

— Мне кажется, или он стал светлее? — спросил Серёга, рассматривая нашего пленника.

— Тебе не кажется. Походу, сработало.

— Давай проверим. Спроси у него что-нибудь.

— А сам боишься?

— Нет, в пособии написано, что должен спрашивать тот, кто колдовал.

— Понял, — кивнул я и обратился к призраку.

— Я не знаю его имени, — монотонно ответил призрак, словно какой-то робот.

— Тогда опиши его.

— Он подкрался со спины. Потом с меня слетели очки. Лица я не видел.

Я мысленно выругался. Таких трудов стоило разговорить его, а он, видите ли, ничего не знает, ничего не видел… Вот же су…

— Лёх, помнишь мы детектив смотрели, где маньяка искали. Он ещё всегда лицо прятал за маской.

— Помню, но это фильм, а тут бестолковое приведение.