Танцы на стеклах. Книга 2

– Почему ты здесь? – нахмурившись спрашиваю я.

– Есть разговор.

Мы идем в ближайшее кафе, где Амир без всяких предисловий передает мне свёрнутый лист бумаги.

– Это от Мэл, – поясняет Амир, мрачно глядя мне в глаза. Я застываю, не решаясь взять и развернуть послание. – Она раскрыла меня. Умная девочка. – добавляет он, словно я сам не знаю.

– Что там?

Амир удивленно вскидывает брови.

– Ты думаешь, что я читал?

– Нет, конечно…

Качаю головой, чувствуя себя глупо. Беру листок, ощущая, как бешено в груди колотится сердце.

Однако моя эйфория длится недолго. Буквально до момента, когда я читаю первые строки.

«Джаред.

В последнее время, я слишком сильно ощущаю твое присутствие в своей жизни. Я замечаю Амира, следующего за мной по пятам, не говоря уже об этих подарках, которые приходится отправлять тебе назад. Не надо… прошу, Джаред.

Я не хотела писать это письмо, но вижу, что мои отказы тебя не останавливают. Я хочу, чтобы ты понял: у меня новая жизнь, без тебя. Не нужно ничего посылать, но спасибо за внимание. Мне приятно, что ты не забыл меня. Я бы соврала, если бы сказала, что сама тебя забыла.

Но я счастлива. И я наслаждаюсь свободой, которую ты мне обещал.

И ты, тоже будь счастлив. Я знаю, у тебя тоже теперь своя жизнь. Новая жизнь…

P.S. Спасибо, за Ангела. О ней я буду заботиться, я очень сильно привязалась к ней и полюбила.

Что, б…ь? Что за бред?

Сжимаю письмо в кулак, яростно играя желваками. Понимаю взгляд на старого друга, но тот сразу отводит глаза. Грудь прожигает мрачное подозрение, царапнув когтями по сердцу.

– Что за х. я, Амир? Какая новая жизнь еще?

– Я хотел передать тебе лично, чтобы убедиться, что ты не натворишь снова дел и проявишь благоразумие…

– Ты не про письмо, же.

– Нет, – отрицательно качает головой Амир, и внутри меня все холодеет. Усмехаясь, провожу рукой по волосам, взъершив их.

– Ты издеваешься, да?

– Нет, я хочу, чтобы ты правильно все понял."

"Амир достает из кожаной папки файл с какими-то документами. И несколько фотографий, которые кладет на стол перевёрнутой стороной.

Я поднимаю их одну за другой, ощущая, как меня охватывает ледяная ярость и тупое болезненное отчаянье.

«Я счастлива».