Тайная победа

Она попыталась что-то сказать, но ей не хватило сил.

– Все хорошо, Джесс, я с тобой, – нежно проговорил Саймон. – Танхилл мертв. Больше он не причинит нам вреда.

Джессика медленно подняла руку и коснулась его мокрой щеки.

– Я люблю тебя, Джесс, – сказал Саймон. – Очень люблю. Пожалуйста, поверь мне.

Джессика спрятала лицо у него на груди. Саймон обнял ее и держал, согревая теплом своего тела, до тех пор, пока не вернулся Джон с одеялами и водой.

Саймон поднес кружку к ее губам. Она попыталась глотнуть, но закашлялась, и вода пролилась мимо.

Она немного пососала его, проглатывая одну каплю воды за другой. И наконец смогла говорить, пока тихо и хрипло, но понятно:

– Я знала, что ты найдешь меня.

Саймон кивнул, проглатывая комок в горле.

– Да. Наконец-то мы вместе.

– Мне было страшно.

– Знаю, любимая. И мне тоже. Но сейчас все хорошо.

Саймон завернул Джессику в одеяло, потом повернул к себе ее голову и сказал:

– Я люблю тебя, Джесс.

Джессика кивнула, и две слезы скатились у нее по щекам.

– Я тоже люблю тебя, – прошептала она."

"Саймон прижал Джессику к себе и поцеловал ее запекшиеся губы. А потом он взял жену на руки, Джон накрыл ее еще одним одеялом, и они пошли вверх по ступеням, навсегда оставляя позади страшную темницу.

Джессика спрятала голову у него на груди. А Саймон мысленно поклялся, что больше никто не заставит его любимую страдать.

– Помойте и оденьте этих людей, – поднявшись наверх, приказал он женщине в грязном платье. – Я пошлю людей, которые приедут сюда утром и заберут их. И молитесь, чтобы сюда не нагрянула полиция. Вас всех надо упечь в тюрьму за то, как вы обращаетесь с больными.

Саймон понес Джессику к выходу из ада, в котором по плану Танхилла она должна была умереть. В карете он посадил ее к себе на колени и держал так весь путь до дома.

Саймон вспоминал, как чувство мести толкнуло его взять Джессику замуж.

Тогда он еще не знал, что за возможность отомстить ему надо будет заплатить очень высокую цену. Саймон глянул на лежащую в его руках Джессику. И он чуть ее не заплатил.

Эпилог

Саймон вошел в комнату и сел в большое кресло с высокой спинкой, которое по его приказу перенесли в мастерскую Джессики. Он провел весь день в порту и весь пропах морем.