Тайная победа

– А если бы ты приехал раньше?

– Это было невозможно, – после небольшой паузы ответил Саймон. В бокале еще оставалось немного бренди, и он допил его, впуская внутрь пьянящий огонь, который мог на минуту согреть ледяную кровь в его жилах. – Ты думаешь, отец сам себя убил?

– Не знаю, – покачал головой Джеймс. – Его тело нашли у подножия скалы на следующее утро после твоего отъезда. Возможно, он слишком много выпил и потерял равновесие.

– Но ты так не думаешь?

– Боюсь, правду мы никогда не узнаем.

Саймон надолго замолчал. Он просто вдыхал прохладный воздух и чувствовал, как бренди приятно согревает его тело.

– Забавно, – наконец сказал Саймон, ставя пустой бокал на ограждение. – Пока отец был жив и проматывал состояние, я никак не мог его остановить. Теперь он мертв, но я опять бессилен, и родовое поместье уходит уже из моих рук.

Саймон закрыл глаза. Может, ему не стоило возвращаться. Не самый мудрый поступок – ехать в замок, который служил Норткотам домом со времен короля Эдуарда IV, и знать при этом, что скоро он будет навсегда потерян для тебя.

– Позволь мне помочь. Я бы мог…

Саймон открыл глаза.

– Не надо, Джеймс.

– Но это твои деньги. В ту ночь твой отец напился до бесчувствия и делал астрономические ставки. Я решил, что лучше пусть он проиграет деньги мне.

Саймон молча смотрел в темноту.

– Саймон, это твои деньги.

– Я не возьму их. Если он правда убил себя, то, наверное, потому что протрезвел и понял, что натворил.

– Позволь мне все-таки помочь тебе. Я богат как Крез и могу дать тебе взаймы.

– Нет, Джеймс. Мое положение не настолько безнадежно, чтобы принимать подаяния. Даже от тебя.

– Никакое это не подаяние.

– Перестань.

Джеймс ненадолго смолк, а потом повернулся к другу и, выпрямившись, решительно заявил:

– Есть еще один путь.

– Нет, – поднял руку Саймон.

– Выслушай меня до конца и подумай, прежде чем отвергать предложение. – Он перевел дух и произнес: – Ты мог бы найти богатую жену.

– Жену? – с горьким смехом переспросил Саймон. – Я больше никогда не предложу свое имя ни одной женщине.