Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Александр удовлетворенно кивнул головой:"

"– Так. Возьму Сиду, и тогда – берег наш. А персидский флот пускай болтается в море сколько пожелает. Высадиться я персам не дам.

Черный Клит усмехнулся в свою смоляную кудрявую бороду:

– «Я дойду»… «Я возьму»… А мы что будем делать, если ты, царь, один все возьмешь?

Наступила внезапная настороженная тишина. Александр гневно блеснул на него глазами. Но улыбка Клита была добродушна, будто старший брат ласково подшучивал над младшим.

Обижаться было нельзя – Клит ему почти родственник.

Александр овладел собой и так же шутя ответил:

– Вам я тоже найду дело. Об этом ты, Клит, не тревожься!

А когда покончили с делами, Гефестион спросил:

– Александр, как же ты все-таки сразу ринулся в воду? Разве ты знал, что ветер повернет?

– Другим я сказал бы, что знал. Но тебе скажу правду: я не знал ничего.

– Но ветер мог и не повернуть?

– Мог. А тогда бы мы прошли по скалам, которые фаселиты называют лестницей.

Гордиев узелВойско проходило по широким фригийским полям. Вот она, Азия! Теперь Александр занимает уже не эллинские, а коренные азиатские города.

Где-то недалеко его ждет Дарий со своими полчищами. Но где? Долго ли еще Александру искать встречи с ним, чтобы разбить его окончательно?

У ворот города Гордий, что стоит во Фригии, Александра встретил Парменион.

Александр вошел в город, утонувший в садах и рощах, как в свои собственные владения. Небо Азии светилось прозрачной голубизной наступающей весны. Чужая речь слышалась на улицах. Странно одетые люди в штанах и длинных одеяниях стояли по сторонам у желтых глиняных стен своих жилищ и смотрели на македонян…

Македонский лагерь раскинулся и в городе, и вокруг города.

Александр сидел на своем вороном Букефале и смотрел, как идут его воины.