Сын Сталина

Риза Церова[363], Али Кельменди[364], ещё там… Балканская секция постановила: поддержать… Ну, вот Христо со своими башибузуками…

При этих словах Димитров бросил на финна такой взгляд, что тот поперхнулся и замолчал.

– Христо со своими ребятами поехал, – процедил сквозь зубы Димитров. – Четверо тех, кого ты готовил, а остальные… Хотя тоже боевые парни… – он со свистом втянул воздух, словно у него внезапно схватило зубы. – А эти либералы, буржуи… В общем, начать – начали, а никто и не поддержал. Наши-то выступили и остались в одиночку… Отряд Ризы пытался пробиться к границе с Югославией.

Только недалеко от Поградеца их жандармы нагнали…

Он махнул рукой и замолчал. Александр отставил в сторону кофе, отодвинул стакан с водой и встал, опершись руками о большой письменный стол.

– И? – спросил он таким тоном, что все трое наперебой стали рассказывать, как Риза Церова отбивался, прикрывая своих, как он получил тяжёлое ранение. Христо подоспел лишь тогда, когда бой уже закончился. Соратники перенесли Церову в укромное место, где он и скончался после нескольких часов страданий.

В предсмертной записке албанец написал: «Придет время, когда Албания станет свободной, и народ не будет больше страдать. Но этого он добьется без беев и ага, так, как это произошло в Советском Союзе!»

– Ну вот, – вздохнул Димитров. – Христо повел отряд в Югославию, а там… Короче, ждали их там. То ли выследили, то ли албанские власти сообщили… В общем, их на границе встречали. Не королевские войска встречали – белогвардейцы.

Числом против наших – втрое. Христо всё равно прорвался, только из его ребят всего двое и уцелели, а сам он, – тут секретарь ИККИ махнул рукой, – в госпитале. Две пули в грудь поймал… Ты чего, товарищ Белов?!!

– Ничего, – звенящим голосом ответил Сашка. – Ни-че-го. По своей секции передай: вот с делами закончу и съезжу. Пусть эти белогвардейские и албанские суки сейчас вешаться начинают. Им же легче будет.

Совершенно неожиданно для Саши, кроме медали за храбрость ему вручили высший советский орден – Ленина, причём не кулуарно, а в Кремле, для чего пришлось срочно шить новый китель взамен старого, который вдруг стал мал в плечах и по росту.

За лето Сашка так раздался, что совсем уже не походил на подростка, и только безусое молодое лицо выдавало в нём возраст.

И уж совершеннейшей неожиданностью было появление в «Правде» статьи «Герои Страны Советов», где кроме прочих было упомянуто и его имя вместе с фотографией награждения.