Сын Сталина

Жесты, подхваченные у женщин старшего возраста, в исполнении восьмиклассницы смотрелись забавно.

После географии все пошли в столовую, где за длинными столами уже стучали ложками десятки школяров, и пообедали невкусной кашей с невзрачными комками мяса. Хотя, несмотря на бумажный вкус, вся еда провалилась в организм, словно уголь в топку.

– Светка, привет! – Василий кивнул подскочившей Светлане.

– Привет, привет, – Светлана, которая вполне освоилась с Беловым, плюхнулась на свободное место. – Ну, что, едем?

– Конечно, – Белов с улыбкой кивнул.

 – Сейчас отсидим, и на свободу с чистой совестью. Ты уже подобрала себе фасон?

– Ну, Саша… – Светлана захлопала глазками. – Ты же наверняка придумаешь лучше. Давай на месте решим?

– Ладно, егоза. – Александр кивнул. – Придумаем. Действительно нужно учитывать наличие тканей и прочее.

– А для нас? – с жадным интересом спросил Артём.

– Секрет… пока. – Саша рассмеялся. – Да ладно вам. Всё увидите.

После урока русского языка и геометрии вся компания погрузилась в уже поджидавший «бьюик» и направилась по адресу лучшего московского мастера

Соломон Израилевич Розенталь был классическим одесским евреем, со специфическим говорком и острым взглядом мастера.

Машина, остановившаяся возле дверей, была делом обычным. К нему приезжали самые известные московские личности, и автомобилем возле ателье никого не удивить. И даже тремя охранниками – НКВДшниками. А вот вошедший в зал первым молодой человек в скромной школьной форме был действительно странным. Странным настолько, что старый Соломон машинально коснулся коробочки со свитком Торы под рубашкой. Больше всего молодой человек был похож на внезапно помолодевшего прокуратора Иудеи Понтия Пилата[128]. Не того Пилата, который «умыл руки», а того, кто спас Христа и свою душу.

Стоило всей компании войти в зал ателье, как он, отодвинув приёмщицу, вышел к ним навстречу.

– Здравствуйте, молодые люди. – Мастер коротко поклонился, прижав руку к сердцу. – И чем же может помочь вам скромный труженик иголки и ножниц?"

"– Соломон Израилевич.

 – Белов поклонился в ответ. – Вы единственный в Москве, кто сможет разрешить наши затруднения. Дело в том, что мне хотелось бы пошить удобную и практичную одежду для всей нашей компании. Но так как мы ничего в этом не понимаем, хотелось бы знать ваш взгляд, как опытного профессионала. – Он расстегнул портфель, достал несколько листов бумаги и подал их мастеру.

– Так-так.