Сво(бо)дные

Отец возвращается спустя минуту и, схватив меня за футболку, что даже ткань начинает трещать, шипит:

— Пойдем-ка, поговорим, Крис, — и вталкивает меня на кухню. Он впечатывает меня в холодильник спиной, и сжимает кулаки. — Объясни мне, Кристиан! Просто объясни, как такое вышло!

— Отец, успокойся для начала. Я все объясню и расскажу, — я киваю на стул, приглашая присесть, но папа еще сильнее стискивает челюсти.

— Я хочу услышать это сейчас. Не думай, что у тебя получится заболтать меня! Ты не можешь удержать член в штанах даже рядом со сводной сестрой?! Я был о тебе лучшего мнения.

Ты хоть представляешь, какой удар это для Светланы?! И для Оксаны! Ты женат, Кристиан! Зачем ты пудришь девчонке мозги?!

— Я не пудрю ей, блядь, мозги! Ты дашь мне хоть что-то сказать, прежде чем набрасываться с обвинениями?!

Кулак отца врезается со стуком в стену.

— У тебя нет и не может быть оправданий, Крис! Сегодня прилетает твоя законная жена! А ты тянешь свои лапы к сводной сестре за ее спиной! Тебе нет оправдания! Если ты не можешь сдержать свою кобелиную натуру, то разведись для начала и не обманывай девчонку, которая мечтает о семье с тобой и не сделала тебе ничего плохого!

При упоминании о Лане внутри меня поднимается темная ярость.

Прекрасно. Я сам себе выкопал яму, пока пытался не тревожить отца рассказами о нашем браке. Пока я пытался сохранить видимость, что у меня все прекрасно, чтобы он не беспокоился.

Я смотрю ему в глаза, чувствуя, что мне стоит закруглять разговор, иначе меня понесет.

— Ты плохо знаешь Лану, отец.

Я не могу с ней развестись. Или твой сын лишится лицензии врача, и сядет в тюрьму.

— Что?!

— Я тебе ничего не рассказывал, чтобы не беспокоить попусту, — спокойно отвечаю я. — Лана не хочет со мной разводиться. Брак с ней — это ад для меня. Я откупаюсь от нее баблом, а она меня шантажирует. Так что все, что ты о нас знаешь — всего лишь лживая красивая картинка, которую я и она выдумали.

— Какой бред, — медленно произносит отец. — Я ни за что не поверю, что эта девочка такая, какой ты ее описываешь.

Ты тот еще кобель, Крис. Но придумать такое, чтобы оправдать себя...

— Блядь! — рычу я сквозь зубы, и затыкаюсь, потому что в кухню заходят Окси со Светланой. Нимфа поддерживает свою мать за талию. Лицо Светланы бледное и потерянное.

Отец тихо выдыхает.

— Свет, прости... я не думал, что... — произносит тихо и виновато он, а моя будущая мачеха качает в ответ головой.

— Паш, мы поедем домой. Извини. Мне надо... успокоиться и переварить это.