Сво(бо)дные

Если передумаешь, мой номер у тебя есть.

— Не передумаю.

— Я все-таки подожду, — улыбается он и направляется к дверям, не прощаясь."

"Я провожаю его взглядом, убираю деньги в клатч и разглядываю штамп в паспорте. Боже, он прекрасен! И цифры уже кажутся ровнее, и подпись красивее. А чувство окрыления и свободы наполняет меня с каждым новым глотком воздуха.

Наконец убираю паспорт, беру в руки телефон и, вертя его, думаю, позвонить ли Крису или нет? И почему мне вообще хочется ему позвонить? Сообщить о разводе? Зачем? Или сказать, что его деньги в целости? Или спросить, какого черта он мне такую сумму перевел? Или попрощаться перед отъездом на Мальдивы? Интересно, как он отреагирует? Поверит ли, что я могу пойти на такой шаг, тем более, накануне маминой свадьбы? Нет, нельзя так шутить.

Едва я снимаю блокировку экрана, чтобы позвонить и на ходу придумать, что ему сказать, как мне поступает звонок от Полинки.

— Ну где ты там?! Минералки принеси.

— Хорошо, — смеюсь я. — Сейчас поднимусь.

Я убираю все свои вещички в клатч, покупаю минералку и покидаю ресторанчик, так и не решившись позвонить Кристиану. Хотя ядовитая мысль о том, что с большой вероятностью он сейчас встречает в аэропорту свою женушку, отравляет меня изнутри. Он наверняка обнимает ее, целует, улыбается ей, вопреки тому, что ненавидит. Мерзавец!

Я вхожу в лифт, нажимаю кнопку и чувствую, как злость захлестывает меня с головой, превращая меня в стерву-любовницу, сгорающую от ревности.

Похоже, моя судьба — умереть от ревности сразу после развода…

Глава 30. Кристиан

— Так, ладно, — Варечка промокает салфеткой губы, и осматривает стол. Кажется, в ее взгляде я замечаю затаенную печаль по сожранным пирожным. — Я тебя выслушала, Крис. Денежки что спрятал — молодец.

— Варя, выключи, пожалуйста, свой сюсюкающий тон, — вырывается из меня, и этот колобок неожиданно выпрямляет спину, грозно сверкнув глазами.

— Выключить тон? Хорошо, Кристиан. Слушай меня внимательно: я окажу тебе услугу и помогу избавиться от твоей жены. Надолго, — ее голос становится настолько холодным и стальным, что Макс даже закашливается, поперхнувшись.