Сво(бо)дные

Прохожу по темному коридорчику, ведущему к санузлам, и вижу внезапно ту самую темноволосую в платье. Она снова стоит ко мне спиной, роясь в телефоне — видимо, строчит кому-то в мессенджер. Подпирает плечом стену и задумчиво накручивает на пальчик темный локон.

Хер знает, чем она меня так зацепила. Но почему-то тело само по себе решительно направилось к ней. Мысленно я порадовался, что не залип на нимфе, если меня еще цепляют другие. Залипнуть на замужней женщине, да еще и моей будущей сводной сестре — вообще отстой.

Я приближаюсь к девушке тихо со спины и наклоняюсь к ее уху, вдохнув какого-то хера дико знакомый запах.

Черт, она тоже пахнет сладко и фруктами. Кажется, судьба сама подкинула мне альтернативу…

— Крошка, у меня двадцать восемь сантиметров, — шепчу я ей на ухо, и она вздрагивает он неожиданности, едва не выронив телефон.

Фраза безотказная: пока она ошарашенно прикидывает, стебусь я или говорю правду, я могу завести разговор.

Она резко разворачивается ко мне, и первое, что я вижу — ярко-алые губы.

Черт, плохо начинать знакомство с предложения сделать минет, но тут трудно сдержаться. Эта помада на таких губах — просто мертвого поднимет. И даже после бурной ночи с оргией.

Я поднимаю взгляд выше и чувствую, как медленно начинаю выпадать в осадок.

— Оксана, блядь? — вырывается у меня со смешком, пока я пораженно рассматриваю абсолютно другую версию нимфы.

Пиздец. Кажется, я запал.

Глава 21. Оксана

Не помню, сколько мы выпили. Полинка только и успевала доставать нам новую бутылку шампанского.

Ту, что мы взяли в отеле, мы выхлестали в примерочной бутика. Нам стало мало, и после обновления моего гардероба мы два часа просидели в баре, пробуя коктейли, бьющие в голову. Там же меня стошнило, и мы поехали в салон. Олеся, знакомая Полинки, уже ждала нас с накрытой поляной. Я наконец-то сытно поела свежей пиццы, что не дало мне лишиться сознания в парикмахерском кресле, зато я уснула в машине такси. Полинка попросила водителя высадить нас в соседнем квартале и до самого клуба мы шли пешком. Прохладный ветерок немного развеял мое опьянение, и я уже могла держаться на ногах. Не совсем стойко, потому что не припомню, когда в последний раз надевала обувь на каблуке. Да еще и платье приходилось одергивать. Мне казалось, что оно задирается, хотя Полинка убеждала меня, что все в норме, просто оно само по себе короткое.

И вот мы оказались в клубе, где музыка долбит по ушам так, будто ты провалился в адскую какофонию самых бешеных и диких звуков в мире.