Сво(бо)дные

Я сжимаю ее так, что она начинает задыхаться в этих диких обнимашках, и она открывает затуманенные глаза. Мы встречаемся взглядами. Я двигаюсь в ней, глядя в эти бездонные развратные глазищи и на ее приоткрытый ротик, на губы, которые она мучительно кусает, громко дыша.

— О боже-е, — она утыкается мне в шею, и по ее телу пробегает дрожь. Ее чертов запах и губы на моей шее воспламеняют мне кровь до темноты в глазах, и я успеваю выйти из нее в самый последний момент.

Тихо ругаюсь сквозь зубы и смотрю вниз.

Сука. Нимфа, ты слишком опасная. Надеюсь, я успел вовремя, или мне пиздец.

Потому что то ли душ все смыл, то ли мне реально конец.

— Кристиан… что случилось? — выдыхает она, заметив мой несколько озадаченный после секса взгляд.

Она по-прежнему висит на мне, такая вся из себя мокрая и поразительно невинная, будто бы мы и не трахались как озверелые минуту назад.

Ммм… лучше я промолчу. Ну на хер.

Глава 15. Оксана

Он снова придавливает меня к стене и целует жадно, увлеченно, ненасытно, почти не давая мне шанса отдышаться и протрезветь.

Завершая поцелуй легкими покусываниями губ, он осторожно опускает меня на ноги, заносит руку в проем, снимает откуда-то полотенце и, оборачивая им свои бедра, медленно выходит.

Я еще долго стою под бьющей сверху струей воды и таращусь на растущую за пределами кабины лужу. Не своей рукой закрываю дверцу, пока мы не затопили соседей снизу, разбирая шкафчики для дома престарелых, и опираюсь на нее ладонями.

Казалось бы, я должна со стыда сгореть, выругаться, признать себя потаскушкой и испытывать выедающее изнутри чувство вины перед Васькой, а я счастливо улыбаюсь тому, как дрожат мои ослабшие ноги. Тому, что мое тело наконец-то вспомнило, что такое секс. И впервые познало оргазм, как бы смешно это ни звучало. Какая же глупая я была, считая желание оргазмом! Веря Ваське, что я фригидная, раз мои соски после секса не встают колом.

Оказалось, у меня просто не было качественного партнера, умеющего довести женщину до головокружения.

Со Славкой было-то всего раз, и я толком ничего не поняла. А потом он мне изменил, мы расстались, и я увязла в болоте. За две минуты пыхтений и неумелых тыканий Васька уже считал себя богом. Ну а я подпитывала его иллюзии, имитируя удовольствие.

Не знаю, за какие такие заслуги кто-то свыше смилостивился надо мной и послал мне Кристиана. Но должна признать, он что-то во мне надломил.