Связанные судьбой

– У вас есть еще какие-нибудь шпионские инструменты? – Она принялась осматривать экипаж изнутри. – Фальшивые зеркала, например? Дверцы здесь пуленепробиваемые? О, готова поспорить, что под сиденьем устроен потайной отсек.

– В каждой карете имеется пустой отсек под сиденьем.

– Может, шифровальные коды спрятаны за шляпной лентой? А что насчет вашей трости? – Шарлотта потянулась и взяла в руки палку, которую он положил на спинку сиденья. – Мужчине в самом расцвете сил не нужна палочка. Могу поклясться, что это на самом деле шпага или ружье, если только знать, как она открывается.

Пирс отобрал у нее палку и отложил в сторону.

– Это просто прогулочная трость. И ничего больше.

– Но ведь вы правительственный агент. У вас обязательно должно быть при себе какое-нибудь будоражащее смертельное оружие.

– Ну, раз вы упомянули об этом… – Он обхватил ее за талию и посадил к себе на колени, а потом проговорил своим низким, чарующим голосом: – Это не пистолет у меня в кармане.

Шарлотта рассмеялась. Как ему удавалось скрывать такой озорной и опасный шарм?

Вот ведь ирония! Не стоило ей так настойчиво докапываться до его секретов. Это лишь сделало лорда Гренвилла отчаянно притягательным. Теперь он мог еще больше понравиться ей. И стал бы нравиться не только время от времени и на короткие моменты, но постоянно и надолго.

Непродолжительная прелюдия к дружбе, которая потом обернется привязанностью… или чем-нибудь похуже.

Вот дьявол! А все из-за ее любопытства!

Но тут нет никакой катастрофы.

Она еще не разобралась в нем до конца, хотя собрала воедино достаточно деталей, чтобы понять суть. Цельный образ Пирса Брэндона оказался намного шире и сложнее, чем Шарлотта могла себе представить. Он не был сводящим с ума совершенством.

От него просто бросало в дрожь.

– Вы здесь, в Ноттингемшире, на задании? Именно поэтому тайком пробрались в библиотеку? – Она хлопнула себя по лбу. – Ну конечно.

"– Послушайте меня. – Пирс взял ее за подбородок, чтобы Шарлотта не смогла отвернуться от него. – Во всем в отношении меня вы абсолютно не правы: кроме последнего, что я не воспылал к вам чувствами.