Святоша

Застыла в стороне, одновременно сделала шаг вперед и бросилась в чужие объятия, хотя страстно желала убежать. Прошла через все… Через секундную боль, первый восторг узнавания, стоны наслаждения и радость обладания, которую мы разделили на двоих. В этих воспоминаниях был нежный шепот, и сладкий вкус поцелуя, и запах обнаженной кожи, и смелые ласки… Полное, безграничное доверие мужчине, который стал, который был для меня Единственным.

Проснулась – мокрая, дрожащая. Открыла глаза в полумраке комнаты, через небольшое окно в которую пробивались первые утренние лучи.

– Что с тобой? – встревоженная Трисс взмахом руки зажгла свечу. Уставилась на меня. Я встряхнула головой, потому что белая сорочка подруги расплывалась в сумраке комнаты. Что еще за ерунда? – Ты металась всю ночь!

– Прости, – покаялась я.

Голос прозвучал странно, словно говорила не я. Подруга коснулась моего лба рукой.

– Лайне, да у тебя жар! Погоди…

Прижала руку к моей груди, и я почувствовала прохладный поток Светлой магии.

– Подвинься, – произнесла поднявшаяся Сайари.

 – Жар, говоришь…

Узкая, смуглая ладошка легла мне на лоб, и я почувствовала магические потоки, уверенно повернутые на борьбу с подступающей лихорадкой.

– Надо позвать Антора, – наконец, сдалась Сайари, убрав руку со лба. Трисс помогла мне приподняться, прислонила к губам кружку с холодной водой. – Ты вся горишь, и магия не помогает.

– Нет же! – сказала я. – Это… Это другое! Магия тут ни при чем!

Хриплый, высокий голос. Не мой, не Аришшин… Неизвестный мне голос и странное чувство законченности.

Я все знаю. Я все вижу. Моя жизнь – две дороги, сошедшиеся в одну в ночь штурма Хольберга. Они долго шли параллельно, но, наконец, объединились. Пришло время прокладывать новый путь. В какую сторону я пойду – решится именно сегодня. Скоро…

– Лайне, ты куда?!

– Мне нужно… Нужно выйти!

Трисс уже спешила ко мне с ночным горшком в руках:

– Еще что удумала! Никуда ты не пойдешь! Там… Там мороз!

Выросшая на Юге, она жутко мерзла в северной ловушке. Подругу пугали огромные горы, спящие снега и сизые блямбы ледников.

Пусть Долина располагалась в кратере вулкана, пусть озеро было до сих пор теплым, а снег таял, не успев замести землю, Трисс казалось, что мы попали в ледяной ад.

Мне же…

– Мне надо на воздух! – оттолкнула ее, поднимаясь. – Прошу! – умоляюще посмотрела на Сайари, затем на Иддилин, поднявшуюся с кровати.

– Хорошо! – внезапно произнесла Сайари.

Мне показалось, что она догадалась о причине, по которой я рвалась наружу.