Святоша

Видела, как соперники обменивались взглядами – острыми, слово опасная бритва. Подозревала, что мысленно они уже убили друг друга тысячу раз, но… К счастью, до открытого противостояния не доходило.

Я пряталась от своих мужчин в повозке, отгораживалась от них спасительным обществом подруг и других адептов. Призналась Кайлу, что люблю другого, но так и не сказала кого именно. Предложила дружбу, на которую он, скрепя сердце, согласился. Вечерами сбегала к костру, возле которого собиралась охрана, и пряталась от проблем рядом с заботливым Осгорном.

При этом понимала – долго так продолжаться не может. Надо выбрать. Одного либо другого. Решить раз и навсегда, положив конец их противостоянию. Но как?! Я давно уже любила того, с кем мне не суждено быть, но с каждым днем Чиаро Ваз становился мне все ближе, все роднее.

Может, наоборот, не спешить? Повременить? Не решать ничего, пока не вспыхнет огонь «Ангихора»? Посмотреть, на чью сторону встанет милорд Хаас? Ар-лорд обещал, что всегда будет со мной, но кого выберет, когда придется сделать выбор? Белое или черное, холод узурпировавшей трон династии или пламя революции? Принцессу Лайниззу Кромунд или же клятву верности королю Освару Тирингу?

Ответов у меня не было.

Молитвы и медитации не помогали, даром предвидения дядя Никлас меня не наделил. Аришша намекала, что подобный был у нее, и она даже вступила в Орден Равновесия, но… «Лучше не знать будущего, – сказала драконица. – Кто знает, вдруг ты увидишь то, с чем не сможешь жить?»

Я была с ней согласна, поэтому решила подождать, когда время расставит все по своим местам.

Пока же сидела в повозке, лениво перебирая черные волнистые локоны задремавшей у меня на коленях Сайари. Смотрела сквозь откинутое полотнище, как приближаются белоснежные стены огромного города. Мы подъезжали к Гридару. Дорога становилась шире, затем и вовсе сменилась на вымощенную огромными обтесанными камнями. Все чаще попадались отряды всадников, да и пеших было хоть отбавляй. Возле города началось интенсивное движение. Груженые телеги везли продукты и ремесленные товары, спешили на столичный рынок, чтобы оттуда возвращаться порожняком. Встречались и караваны. Караванщики притормаживали, обменивались с нашими сплетнями и новостями."

"Я же, словно завороженная, смотрела на огромные стены города, увенчанные каменными зубцами; считала сторожевые башни. Много, очень много! Намного больше, чем в Хольберге, который оказался не по зубам одержимой жаждой войны юной королеве Мазгул.