Суворовец

– У магометан праздник сегодня, – Никодим тихонько хохотнул. – Пятница. У них каждую пятницу праздник. В мечеть пойдут, опосля разговеются… Так и называют – благословенная пятница. Вот и на галере тоже… празднуют… И стража службу несет черт-те как!

– Так, а кого им бояться-то? Варна – турецкий город, можно сказать – дом родной. И все море – турецкое. А наши – на правом берегу Дуная-реки. У города Букурешта – три дня пути! И везде – турецкие крепости. Рущук, Туртукай, Силистрия…

Пояснив, Тимофей замедлил шаг и осмотрелся:"

"– Тут древняя статуя должна быть… Ага, вон! С ромейских еще времен.

И впрямь, на углу дома виднелась мраморная римская статуя, рядом тянулась глухая стена с воротами, над которой виднелось два верхних этажа с закрытыми ставнями окнами.

Бородач замолчал и некоторое время прислушивался, после чего решительно подошел к воротам и стукнул в них кулаком, вызвав истошный собачий лай, казалось, по всему кварталу!

– Кого дьябл принесе? – сонным голосом выругались за оградой.

– Скажи – Тимофей Сыч, курский торговый гость. К хозяину, купцу Василу.

– Гости торгови по ночам не шастают!

– Вот ведь вредный старик! – похоже, Тимофей хорошо знал не только хозяина дома, но и ночного сторожа. – Благой. Это ведь ты, старый?

– Ну-у… я-а… – озадаченно отозвались со двора.

Цыкнув на собак, привратник завозился с засовом… Левая створка ворот приоткрылась…

– Заходьте, да. Хозяин почивает сейчас. Разбужу. Проходите вот в дом. Вы что нагие-то?

– Так уж вышло…

– Ну, дальше – по лестнице. Давайте, вон.

Сторож зажег свечку…

Осторожно обойдя парочку лохматых цепных псов, беглецы поднялись по лестнице на второй этаж не особенно-то просторного дома, уселись в кресла у еще не остывшего с вечера очага, блаженно вытянув ноги.

Алексей с любопытством осмотрел помещение, оценив и добротный старинный стол с бархатным зеленым покрытием, и серебряные канделябры, и камин… Да! Еще и картина на стене в резной позолоченной раме. Не Вермеер ли? «Девушка с жемчужной сережкой».