Суворовец

Проснувшиеся обыватели в страхе выскакивали из своих домов… Никто их не резал, не грабил – разбойники из шайки Кривого Абдуллы были перебиты еще вечером. Где их искать – узнали у чернокожего Давида и тетушки Салимы при вдумчивом разговоре. Ну, и в очередной раз спасибо Бояне – она ведь про них напомнила, и про разбойников, и про слуг. Так что никакой резни в городе не случилось.

Что же касается засады, устроенной в подвале восточной башни, то туда так никто и явился. Видать, настоящий взрыв – сигнал к наступлению турок – был запланирован на куда более позднее время.

Турок ждали. Аккурат там, куда те, ничтоже сумняшеся, и явились – к обрыву у реки Боруй. Встретили как родных!

Как только доложили о появлении врагов, полковник Андрей Милорадович, высокий, с суховатым лицом, от души хлопнул Ляшина по плечу:

– Ага-а, поручик! А ведь вышло! Как там турки, идут?

– Идут, ваше благородие!

– Артиллерию к бою!

Артиллеристы были готовы еще к вечеру. В свете луны было хорошо видно, как высыпали к реке янычары! За ними поспевали сипахи.

В ожидании схватки янычары нетерпеливо скалили зубы… Речка узкая. Можно и на конях… Ждали команды… И вот дождались!

– Вперед, сыны Аллаха! С нами имя султана! Вперед!

Командир в белой чалме махнул саблей… Янычары завыли и бросились в бой, с ходу форсировав узкую речку. Вот сейчас… сейчас они заберутся на кручу, не такую уж и крутую… Ворвутся в полуразрушенную крепость… а потом весь город – их!

– Ай иль-Алла-а-а-а!!!"

"В ответ грянул залп.

– Заряжай! – размахивая шпагой, лично скомандовал Милорадович.

Полковник Давид Мачабелов, храбрый грузинский князь, уже готовил конницу в контратаку.

– А ну братцы… залпом на крик… Пли!

Ахнули ружья! Поручик Ляшин, как и все, был нынче на передовой, командуя пехотною полуротой – плутонгом. Уж пришлось, иначе зачем бы он был поручик, по-французски – лейтенант?

– Заря-жай… Залп!

Заряжай…

Залп! Залп! Залп!

Свистели тяжелые пули, рвали тела врагов.