Супружеский долг

Его величество понимающе улыбнулся:

— А что, если они поехали не прямо? Если они свернули, скрывшись из виду? Думаешь, они не понимают, что их отъезд могут заметить из замка, а когда обнаружится исчезновение леди Эммалены, они первые подпадут под подозрение?

— Да, конечно, — горестно согласился Эмори, признавая мудрость слов короля и то, что сам должен был бы все это сообразить. Он и сообразил бы, если бы не впал в отчаяние. Странно, он воевал более двадцати лет и никогда не испытывал страха за себя, а когда в опасности оказалась Эмма, потерял всякую рассудительность.

— Бертран мог отправиться только в свои владения, — с уверенностью проговорил Блейк. — Они расположены недалеко отсюда, хотя, насколько помню, лежат совсем в ином направлении. — И он махнул рукой на север. — Он не рискнет везти Эмму в другое место, коль скоро удерживает ее насильно. Обернувшись к своим воинам, король взмахом руки подозвал одного из них к себе.

— Возвращайся в замок. Собери сотню латников. Нет, две сотни, и следуйте за нами. Прихватите с собой людей Эмори.

— Если мы поторопимся, нам дополнительный отряд не понадобится, — нетерпеливо пробормотал Эмори, провожая взглядом посыльного.

— До замка Бертрана всего один день пути. Возможно, он знает более короткий путь, который неизвестен нам, — подчеркнул король. — А если так, нам следует спешить! Вперед, Эйнфорд!

Вздохнув с облегчением, Эмори пустил коня вскачь. Погоня началась…

Глава 14

Эмма очнулась в маленькой каморке с голыми каменными стенами. Ей трудно было дышать, голова раскалывалась от боли, одежда липла к телу, руки и ноги невыносимо ломило.

— Как мы себя чувствуем? — Перед ней стойл Бертран. Голос его звучал чертовски самодовольно."

"Эмма открыла рот, чтобы высказать ему свое возмущение: сначала ее ударили по голове, затем, бесчувственную, завернули в пыльный ковер и, перекинув через седло лошади, трясли по бесконечным дорогам. Но вместо этого она издала лишь хриплый стон.

— Хочешь пить? — Бертран двинулся к двери. — Сейчас принесу тебе чего-нибудь.

Эмма проводила его яростным взглядом и горестно вздохнула. Сделав усилие, она села на кровати и внимательно огляделась вокруг. Смотреть особенно было не на что. Кровать, на которой она сидела, являлась единственной мебелью в этой каморке. Еще было окно и маленький камин. Стиснув зубы, она встала и, шатаясь, подошла к окну. Расстояние, которое она проделала, было невелико, но ей показалось, что она совершила целое путешествие.