Стрела (Плененный любовью с исправлениями)

Припухлость на носу значительно уменьшилась, но под глазами по-прежнему оставались синяки от ударов Дугала Макнаба. Тяжелая прядь темных волос свалилась на глаза. После последней тренировки Кейт посоветовала ему подстричься, но он не обратил на это внимания. Обратит, когда это в несколько раз уменьшит угол обзора.

Пока Кейт познакомила его только с некоторыми приемами боя на мечах, стрельбы из лука и рукопашной борьбы, которым научилась у Джона. Он не выказал большого таланта ни к одной из дисциплин, но был полон энтузиазма, быстро схватывал и усердно работал.

"К сожалению, то же упрямство, которое заставляло подниматься с земли во время тренировки, превращало его в осла, когда дело касалось Грегора.

Кейт сжала губы. Пусть Грегор сделал ее самой счастливой женщиной на свете, но это не значит, что она не может с ним спорить. Грегор и Пип сразу восприняли друг друга в штыки – в основном из-за нечуткого отношения Грегора к положению мальчишки, – но Кейт намеревалась это исправить.

Пригласив Пипа войти в комнату, Кейт указала ему на табурет у жаровни, села напротив и попыталась успокоить его, ответив на его заявление:

– Я знаю, что ты не в восторге от лэрда…

– Я его ненавижу! – злобно перебил ее Пип. Его взгляд сверкал в доказательство слов. – Он не должен был на тебе жениться. Он должен был уехать.

Кейт почувствовала, что за его словами кроется нечто важное. Она полагала, что Пип не знает своего отца, в конце концов, он объявил себя сыном Грегора, однако он точно понимал, о чем говорил.

Кейт ему сочувствовала. Она знала, как ужасно быть брошенным одним из родителей, а насколько должно быть хуже, когда бросают оба? Со временем она узнает правду, но подождет, пока Пип не доверится ей.

– Пип, – произнесла Кейт терпеливо, – ты его едва знаешь.

– Я знаю все, что нужно, – ответил он, воинственно задрав подбородок. – Я видел, как он смотрел на тебя прошлой ночью, когда у тебя был кошмар. Я знаю, что он хотел сделать. Он обидел тебя!

Кейт была потрясена и смущена тем, что он догадался.

– Он меня не обидел, Пип, – сказало она тихо.

Его рот сжался в тонкую линию.

– Я, может, и ублюдок, но я знаю, что он совершил ужасный поступок. Я все про него знаю. Знаю, сколько у него было женщин.