Стихия боли

Возвращение атомного авианосца «Нимитц» с кораблями сопровождения с высоты холмов Гавайского острова Оаху, где находилась главная военно-морская база США, выглядело угрожающе-величаво.

Впереди параллельными курсами, разрезая острыми носами толщу воды, двигалась пара ракетных эсминцев типа «Кидц», стремительные, как пиратские шхуны, готовые в одно мгновение наброситься на любую жертву, лишь бы прозвучала команда «Фас!».

За эсминцами шел тяжелый атомный крейсер «Аляска», современная и грозная машина уничтожения.

Но крейсер смотрелся игрушкой на фоне двигающегося у него в кильватере плавучего аэродрома почти на сотню летательных аппаратов атомного авианосца «Нимитц», за которым, подобно королевской свите, двумя рядами следовали полдюжины фрегатов типа «Нокс» и уж совсем вдали угадывались силуэты пары ракетных эсминцев и еще одного атомного крейсера.

Знающие люди были в курсе того, что всю эту мощь можно увидеть невооруженным взглядом лишь на подходе к местам базирования, а в походном ордере корабли сопровождения рассредоточиваются на десятки миль от авианосца и берегут его не хуже, чем муравьи свою королеву.

Да плюс еще в океанских глубинах рыскает пара ударных атомных субмарин, готовых сойтись в смертельном бою с любой чужой подлодкой, проявившей любопытство к плавучему аэродрому.

Тактическая ударная авиагруппа пробыла в походе почти два месяца и, переплыв Тихий океан, дошла до берегов Южной Кореи, после чего, проведя совместные учения с флотами Японии и Кореи, теперь возвращалась на главную базу Третьего флота США.

Сейчас прибытию в Перл-Харбор радовались все, от рядового матроса до командиров кораблей. Впереди их ждали увольнения на берег, сопровождаемые доступными девушками, барами; встречи с семьями, родными и близкими. А главное, все с нетерпением ожидали причитающиеся им премиальные за поход и боевые стрельбы.

Радовались все, кроме командующего эскадрой адмирала Ричарда Нильсона. Высокий, костлявый, с грубым обветренным лицом настоящего морского волка, он почти сорок лет отдал службе в военно-морском флоте под звездно-полосатым флагом.

Ему все удавалось по службе, и Ричард стремительно поднимался по карьерной лестнице, по крайней мере, так было до этого похода.

«И, главное, ничто не предвещало беды», — с горечью подумал Нильсон. Сидя в глубоком кожаном кресле, он забросил ногу на ногу и задумчиво выбивал барабанную дробь длинными пальцами по коленной чашечке.