Старый тракт (сборник)

Тут выслушивали его с видимым интересом, передавали с рук на руки — от преда к заму, от зама к пому и вопросительно посматривали как на чудака: «Что вы, любезный, откуда вы свалились? Какая киноварь, какие золотоносные пески? У нас область равнинная, наши рыхлые земли годны лишь для сельхозугодий, и то при условии внесения органических удобрений. Экспедиция Тульчевского? Не припоминаем. Такая по документам не значится. Экспедиции переселенческого управления до Первой мировой войны ходили, это так, но их цель состояла в другом: выявить пахотноспособные земли, еланные и пойменные угодья, источники водоснабжения для новых партий переселенцев.

Вам бы, уважаемый, постучаться в центр, может быть, кого-нибудь из историков или писателей заинтересует ваша легенда…»

Но, как говорится, капля камень долбит, что касается слова, то оно полками верховодит. Нашлись наконец и в Политехническом институте люди, которых не год, не два занимали вопросы ресурсов обширной области. Приняли образцы. И даже отправили на исследование вне всякой очереди.

А когда лаборатория выдала рапортичку с анализами, немало подивились. Образцы показали высокое содержание ртути и золота на территории рудника и прииска Тульчевского.

Нестеров первым делом бросился на телеграф, чтобы известить о важном событии Калинкину: «Родная Дуня, раздели мою радость. Образцы изучены, будущее территории Тульчевского обеспечено».

Однако Нестеров с выводами явно поспешил. Несмотря на обнадеживающие анализы, практически дело не сдвинулось.

В области не было такой организации, которая реально могла бы принять все заботы по освоению территории Тульчевского на себя. Застрочили перья. Бумаги полетели в центр, откуда ответили без проволочки: «Обратим внимание на ваши данные в перспективе. В настоящее время нет ни ассигнований, ни материалов, чтобы приступить к освоению территории Тульчевского, требующей прежде всего проведения серьезных разведочных работ. Первичного анализа недостаточно».

Нестеров прожил в областном центре больше месяца.

Вернулся в Приреченск похудевший, уставший и неделю пролежал в постели с острой болью в боку, в зоне сквозного пулевого ранения.

16

Осень стояла звонкая, многоцветная, сухая. Народу в селах было маловато. Но, спасибо, горожане подсобили. Все главное успели убрать до мокра.

Фронтовики вживались в мирную жизнь и постепенно выходили на первую линию. Женщины чуть отступили. Выпали на них новые заботы: появились беременные, улицы огласились криком младенцев.