Сожги меня дотла

Знаешь, я все пойму. Правда. Ты… тебе без меня будет…безопаснее….

Последние слова Веста говорила все тише. Словно съежилась под тяжелым взглядом Лера.

А он стоял в одежде. Вода струилась по широким плечам, проникала под футболку и джинсы. А Лер будто и не замечал ничего вокруг.

Благодарность? Всего лишь благодарность?!

Это слово выжигало в душе Адамиди огромную, черную дыру. И Лер всеми силами пытался притормозить. Но, млять, кого хрена?!

Хорошо, что вода немного остужала его пыл. Иначе Лер сорвался бы.

– Хорошо, представим, что ты вернулась домой. Дальше что? – прищурился Лер, титаническими усилиями контролируя голос.

– Это неважно. Главное, никто из семьи не пострадает больше, – упрямо заявила Веста.

– А ты? Сможешь жить, как прежде? Допустим, я смог. А ты? Сможешь без меня? – потребовал ответа Лер, перехватил голову Весты так, чтобы девчонка не могла отвернуться или спрятать взгляд.

А Веста будто решила доконать его. Вскинула на Лера глаза, похожие на колдовские ярко-зеленые омуты в обрамлении острых кинжалов-ресниц.

И прошептала:

– Какая разница, что станет со мной! А вдруг отец, или Егор доберутся и до тебя? Я ведь не переживу, если с тобой… из-за меня…, – голос окончательно осип и почти пропал.

– Господи, почему мне досталась такая глупая девушка, а?! – пробормотал Лер, подавшись вперед и уткнувшись своим лбом в лоб Весты. – Вот ты у меня совсем не дура. А такая глупая!

Веста замерла, как будто даже моргнуть боялась.

Однако глупое девичье сердечко неистово колотилось в груди, грозя разорваться на части. Потому что взгляд у Лера был таким….

– Ты стала моей еще там, в парке, в первую встречу, – голос Лера охрип, потому что приходилось тяжко, не хватало силы воли, чтобы контролировать эмоции и не наброситься на девчонку.

Уехать от него вздумала? Убежать? К отцу? Да вот уж хрен там! Его она! Ему принадлежит, Леру!

– Ты подарила мне себя, моя солнечная девочка, а я не приучен возвращать подарки, – склонившись к самым губам Весты, прошептал Лер.

Веста была голой. А Лер, пусть промокший насквозь, но был все еще одет. Однако в эту самую секунду все потеряло смысл, стерлись грани, забылись проблемы. Остались только он и она. Два сердца, отбивающие один ритм на двоих.

* * *Глава 27

Веста потерялась в ощущениях.