Сожги меня дотла

Так казалось, что она со всем справится. Словно сила и мощь Лера проникали к ней через кожу, вселяли уверенность.

Охранники, которые остались в доме, осторожно сообщили Константину, что пацан жив. Помощь ему оказали ровно столько, чтобы тот дотянул до встречи с Адамиди.

Казалось бы, ничто не способно было отвлечь внимание Ильдара от дверей, ведущих в операционную. Но нет. Как только стало известно, что Тай жив, Камул тут же взглянул на Константина.

Немой диалог произошел между двумя мужчинами. Костя признавал право за Ильдаром.

Костя кивнул, отвечая на немую просьбу Ильдара. И тот отвернулся, сжал руки в кулак до хруста.

Веста заметила этот короткий и беззвучный диалог. Стало даже немного страшно оттого, сколько агрессии и ярости скрывается в Камуле.

Но об этом позже, а пока что…

Мужчина в униформе, маске и очках вышел из операционной. Уставшим взглядом обвел всех собравшихся. Остановился перед Камулом. А Ильдар вытянулся, будто готовился к решающему прыжку.

– Вы муж? – уточнил доктор и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Операция прошла успешно. Но опасность не миновала. Остается только ждать. Организм у девушки молодой. Шансы есть.

Ильдар так и стоял, глядя через стекло на Машку. Веста не была уверена, что молодой мужчина расслышал слова доктора. Но тот кивнул.

А Веста прикрыла глаза. Усталость навалилась одним махом. Как будто внезапно иссякли все ресурсы, даже голову было трудно держать.

– Езжайте. Незачем всем здесь торчать, – глухо проговорил Ильдар.

К этому времени Машу уже перевели в реанимационную палату. Никого к ней пока не пропускали, но Ильдара сложно было прогнать. Да никто и не пытался. Самоубийц в клинике не оказалось.

Лер взглянул на Весту. Ведь устала девчонка. Вымоталась. Ей бы поспать и поесть нормально.

На том и порешили: Лер увез Весту и тетушку Анну домой, пусть Веста и не хотела покидать здание клиники. Но разве Грека переспоришь?

* * *В доме было тихо. А ведь раньше Весте нравилась атмосфера уюта и тепла, которую ощущала девушка. Сейчас же как будто даже стены пропитались беспокойством.

– Я приготовлю что-нибудь, – негромко произнесла тетушка Анна.