Соль под кожей. Том второй (СИ)

И когда ловлю его змеиный взгляд, то в ответ широко улыбаюсь, используя еще немного неприкосновенного внутреннего ресурса, чтобы у этой скотины не было шанса что-то заподозрить.

Иногда нужно просто расслабится и плыть по течению.

До момента, когда получится ухватиться за спасительную соломинку.

Глава двадцать третья: Лори

Настоящее

Когда через пять минут моя помощница с перепуганными глазами заглядывает в кабинет, на ее лице написано, что она, конечно, готова отбивать меня от этих непонятных личностей, но только не ценой собственной жизни.

— Валерия Дмитриевна, приехал Авдеев.

Я киваю, встаю и жду, пока троица моих надсмотрщиков поднимется следом. Копытин идет первым, я за ним, а замыкают процессию двое его немногословных помощников. Неудивительно, что все встреченные нами в коридоре люди, буквально шарахаются в стороны, как будто боятся, что за любое неосторожное движение их за компанию поведут на расстрел.

Для подписания сделки выделен огромный зал для совещаний, по масштабам больше похожий на маленький кинозал.

Сама я бы ни за что не выбрала для сделки такое помещение, но изначально предполагалось, что ее будет подписывать Завольский-старший, а он обожает сунуть под нос конкурентам весь свой гребаный пафос.

Но когда мы заходим внутрь, я даже рада, что здесь так много свободного пространства и огромный стол, будет ограждать меня от Вадима надежнее любого щита. Потому что это целых три метра твердого массивного дерева, по одну сторону которого сидит три его юриста, а по другую усаживается моя «команда поддержки». Сам Вадим стоит чуть в стороне и мне остается только молиться, что он помнит мое предупреждение и не выдаст наше знакомство ни словом, ни жестом.

"— Добрый день, господа, — здороваюсь, стараясь не смотреть на Вадима.

Он сегодня «при параде» — темно-серый костюм, белоснежная рубашка. Без галстука, но я успела заметить запонки на едва выглядывающих из рукавов пиджака манжетах. Уверена, те маленькие прозрачные камни — не синтетическая подделка и, тем более, не стекло. И от него снова умопомрачительно пахнет кожей и шалфеем.