Соль под кожей. Том второй (СИ)

Три долбаных слова — и я ловлю мощный дежавю о том, как мощно и энергично в меня входил его идеальный член. Машинально свожу ноги.

И краснею, когда понимаю, что Вадим безошибочно угадывает причину моей нервозности, и реагирует на нее легкой полуулыбкой. Чертовски самодовольной, если быть точнее.

— Что тебе нужно, Лори? Для чего все это?"

"Я готовилась к этому вопросу, и даже знаю, что необходимо ответить, чтобы не плодить еще больше новых вопросов, но все равно на долю секунды теряюсь, потому что в голове до сих пор звучат его предыдущие слова.

Это как будто он дотронулся до меня через одежду и… все снова стало слишком сложно.

— У меня личный интерес, — говорю, как только справляюсь с чувствами и снова беру себя в руки.

— А можно более конкретный ответ? Я не прошу изливать мне душу — да и вряд ли ты на это способна — но мне бы хотелось услышать более обстоятельную причину, почему я должен тебе довериться.

— Так виртуозно холодной сукой меня еще никто не называл, — посмеиваюсь как будто беззаботно, но все равно чувствую неприятную горечь на кончике языка.

Хотя, я ведь и правда такая? Сколько раз отфутболивала его совершенно нормальные реакции? Дважды безобразно продинамила.

— Я не называл тебя сукой, Лори. И если хочешь знать — я не использую такие слова в адрес женщин.

— Еще скажи, что у тебя есть свой собственный кодекс.

— Кодекс? Ты о чем?

У Наратова был «кодекс», о котором он говорил всем и везде. Типа, его личный особенный свод правил, выработанный годами, согласно которым он поступает со всеми женщинами, которые встречаются на его пути.

Он ничего никому не должен — это правило кодекса. Но он всегда поддерживает связь с бывшими — это тоже правило кодекса. Он всегда расстается первым — это одна из заповедей его кодекса. Но он так же готов «великодушно простить», если женщина осозналась и на коленях приползла проситься обратно.

Если бы я не была такой дурой, то поняла бы, что вся эта херня — один сплошной километровый «красный флаг», настолько очевидный, что его видно из космоса.

Но тогда мне все это казалось нормальным. В самом деле — что плохого в том, что человек поддерживает дружеские отношения со своими бывшими женщинами? Значит, он Настоящий Мужчина, в отличие от тех, которые поливают их грязью на каждом шагу уже через тридцать секунд после расставания.

Только вот Наратов тоже поливал. Но в моей бестолковой влюбленной голове все это как-то просто не смешивалось одно с другим.