Снег на кедрах

А на полмили к юго-западу от «Островитянина» находилась «Сьюзен Мари»; Карл стоял в дверях рубки и прислушивался к тем же самым паровым свисткам, долетавшим теперь сквозь туман. Он заварил себе кофе и, поставив чайник на место, стоял с кружкой в руке. Сеть оставалась в воде, растянутая, насколько это было возможно. Теперь на шхуне горели все огни, вольтметр показывал тринадцать с половиной, «Сьюзен Мари» шла ровно и быстро, с прожектором, слегка размытым в тумане. Было без двадцати два – достаточно времени, чтобы наловить рыбы, а кофе не даст ему заснуть.

Карл, конечно же, слышал в эфире радиста с маяка и штурмана грузового корабля, который вдруг решил сделать резкий поворот и пройти в районе отмели Судоходного канала. Карл вслушался, но шум двигателя заглушал все остальные звуки, и шхуну пришлось остановить. Он снова вслушался. Наконец раздался очередной паровой свисток, на этот раз уже отчетливей – корабль явно приближался. Карл стукнул кружкой по столу. Он вышел из рубки, понимая, что придется встретить волну от корабля, которая пройдет прямо через его шхуну; ему казалось, что все обойдется и незачем бегать по палубе сломя голову.

Вот только фонарь на мачте. Огромная волна расколотит его вдребезги; наверняка именно такая мысль пришла Карлу в голову.

Так он и поплатился за свое стремление к идеальному порядку. Он поплатился, потому что от матери унаследовал прижимистость, чересчур бережливое отношение к вещам. Шхуна дрейфовала, «Корона» шла мимо, и Карл прикинул, что меньше чем за тридцать секунд успеет влезть по мачте.

И вот Карл полез на мачту, потому что это был Карл, сын своей матери, по натуре человек аккуратный, сумевший спастись с тонувшего «Кантона», а значит, не боявшийся несчастных случаев в открытом море. Пока он лез, у него открылся порез на руке. Он ухватился за поперечный брус и, вслушиваясь, достал с пояса нож.

Видимо, в призрачном тумане он даже не заметил стену воды, шедшую от «Короны». Она вдруг показалась из тумана, вскипев под «Сьюзен Мари» так, что кружка, стоявшая на столе в рубке, опрокинулась на пол.