Смертный грех

Сесилии не потребовалось много времени, чтобы понять катастрофичность своего положения: авантюра с Мартином, короткая и необдуманная, имела последствия.

И наступил худший день в недолгой жизни Сесилии.

В первый момент ее словно парализовало. Ее бросало от отчаяния к надежде. Она пережила все, что переживает всякая молодая женщина после необдуманной любовной авантюры. То до боли сжимая руки, так, что хрустели суставы, то нервно прохаживаясь по комнате, она говорила самой себе, что это невозможно, что это нельзя узнать наверняка так быстро.

Но потом смирилась. Мысленно изругав молодого священника вдоль и поперек всеми известными ей бранными словами, она успокоилась, осознав, что это и ее ошибка. Ей надо было сопротивляться.

Но теперь было уже поздно что-либо менять.

Это было так ново для нее. Хотя не прошло еще и пятнадцати дней с тех пор, как она встретилась с Мартином в кладбищенской сторожке, и окончательно уверенна она не могла быть, интуиция подсказывала Сесилии, что дело приняло серьезный оборот.

Ожидая отъезда из столицы, она вышивала платье для дочери короля и Кирстен Мунк, Анны Катерины, но у нее не хватило жемчуга. Узор поплыл перед глазами, когда она представила свое будущее — ребенка, которого никто не желает признавать, себя, лишенную поддержки и презираемую всеми…

Сесилия вздрогнула и опять сделала попытку сосредоточиться на вышивании.

Через три дня ей предстояла поездка во Фредриксборг, а она сидит здесь в отчаянии, ведь если ее положение обнаружится, надеяться не на что.

"В то же утро ее опасения подтвердились. Она чувствовала дурноту, а то, чего она ожидала еще неделю назад, до сих пор не пришло. А ведь у нее всегда все наступало вовремя.

Весь день мозг ее лихорадочно работал.

Она строила безумные планы и отбрасывала их тут же. Конечно, ей были известны различные способы изгнания плода: работать до изнеможения, плясать до упаду, таскать на спине тяжести, принимать какое-нибудь знахарское снадобье…

Но Сесилия была не способна убить жизнь.

Когда наступил вечер, она приняла решение, которое не очень-то и успокоило ее. Если бы у нее было время на раздумья! Если бы ей не надо было так спешить! Но она не могла терять ни одного дня!

Стиснув зубы и дрожа от страха, она направилась в дом к Александру Паладину.

— Его милости нет, — услышала Сесилия от слуги, и мужество покинуло ее.