ОНО

Бен смутно представлял себе, что такое непрекращающийся экономический спад, а мама не хотела вдаваться в объяснения — боялась, что он скажет: «Да ладно, отстань». Внизу первой полосы был заголовок, набранный другим шрифтом: «ПОЛИЦИЯ ПРОДОЛЖАЕТ ПОИСКИ ПСИХОПАТА».

Бен открыл большую входную дверь и вышел на улицу.

У дверей висел почтовый ящик. Бен достал открытку из книги и опустил в ящик. Он почувствовал, как у него екнуло сердце, когда разжал пальцы и открытка упала в прорезь. «А вдруг Беверли догадается, что это я написал», — мелькнуло у него в голове.

Бен направился вверх по Канзас-стрит, едва ли сознавая, куда идет, ему было безразлично куда. Ему грезилось: Беверли Марш подходит к нему, серо-зеленые глаза широко раскрыты, рыжие волосы собраны на затылке в пучок и завязаны ленточкой.

«Хочу задать тебе один вопрос, Бен, — говорит пригрезившаяся ему Беверли. — Ты должен поклясться, что скажешь мне правду. — Она показывает открытку.

Это была странная фантазия. И в то же время чудесная. Бен хотел от нее избавиться. Но он также хотел, чтобы эта фантазия никогда не кончалась. Лицо у него вспыхнуло румянцем.

Бен шел по Канзас-стрит и грезил, время от времени перекладывая библиотечные книги в другую руку. Он даже начал насвистывать.

«Ты, верно, подумаешь, какой я противный, Беверли. Я так хочу поцеловать тебя». — И губы у него приоткрылись.

Приоткрылись, но так пересохли, что насвистывать стало невозможно.

"«Я так хочу, чтобы ты меня поцеловала». — И на лице у него появилась блаженная, туманная и в то же время прекрасная улыбка.

Если бы Бен посмотрел прямо, он бы увидел, что его обступили три тени, а если бы он прислушался, он услышал позади стук ботинок Виктора Криса. Бена обходили с боков. Но он ничего не видел и не слышал. Бен был далек от действительности, он чувствовал, как его рта касаются губы Беверли, и робко тянулся потрогать рыжее пламя ее ирландских волос.

9

Подобно многим городам, большим и малым, Дерри строился без всякого плана.

Достаточно сказать, что городские проектировщики никогда бы не отвели ему это место. Центр Дерри занимал долину ручья Кендускиг, который пересекал деловую часть города по диагонали с юго-запада на северо-восток. Остальные улицы лепились по склонам прилегающих холмов.

Долина, куда вышли переселенцы, основатели Дерри, была заболоченной и густо поросла деревьями и кустарником.