Сломанные линии

Знаете чувство, когда находишься в компании, все обсуждают забавную историю, и только ты не в курсе, поэтому сидишь и тупишь с жутко умным видом?

Думаю, вы поняли, каково мне было.

– Еще что-то? – нарочито вежливым – только дурак не уловил бы мой сарказм – голосом осведомилась я.

Кейд покачал головой, никак не отреагировав на мой тон.

– Нет, только это.

Я развернулась, успев заметить, как блонди положила руку на пах Фостера.

«Вот дрянь бесстыжая!»

Выходя за дверь, я бросила последний взгляд на парочку – они даже не стали дожидаться моего ухода, начав зажиматься.

Меня распирало от гнева и обиды, от бессильной ярости. Пока я вчера думала о том, как нам все исправить, этот урод трахал долбанную Конни Симс!

«Ооо, так вот как ее зовут!»

Ну и пофиг!"

"Я с отвращением остановилась перед Lamborghini. Эти голубки точно трахались в ней, могу спорить. Скривилась – мне возле авто стоять противно, не то что садиться в него. Хотя он наверняка и раньше тут своих баб оформлял.

Сев за руль, я придирчиво оглядела салон.

Выезжая через автоматические ворота, я вдруг представила, как «случайно» въеду на фостеровской тачке в дорожное ограждение. Не на большой скорости, слегка только «личико» помять. Хоть какая-то приятность для меня.

Сморщившись, я посмотрела на себя в зеркало заднего вида. Мне необходимо унять своего внутреннего ревнивого монстра.

Фостер – блядский кобель, а я идиотка, которая на время об этом забыла.

Но отныне никаких иллюзий.

Совсем никаких.

***

Часа через три я вернулась. И дело не в том, что мне потребовалось все это время, чтобы выполнить поручение с машиной – еще около часа я колесила по Санта-Монике, собираясь с духом. Втайне надеялась, что когда вернусь, то этой певички уже и след простынет.

Я зажмурилась, входя в дом. Будет совсем не круто, если эти двое трахаются на полу в кухне – или еще где прямо в этот момент.

Разве трех часов недостаточно, чтобы утолить все свои похотливые желания?

Так, на горизонте чисто – и на том спасибо.

Со стороны внутреннего дворика послышались звуки гитары, и я пошла на них, надеясь, что это не новоиспеченный Ромео играет серенады своей Джульетте.

Хмыкнув, я толкнула дверь и вышла на выложенную плиткой веранду. Фостер сидел в одном из уличных кресел и лениво перебирал струны, о чем-то задумавшись.