Сломанная тень

Софья Лукинична ринулась в атаку:

– Леондуполос – великий ученый! Говорят, у него дипломами вся гостиная увешана. А настоящие мошенники в моем доме живут, мой хлеб жуют!

Ирина Лукинична поднялась с места:

– Не смей! Марфушенька своим благочестием нас охраняет! А ты… Святого человека куском хлеба попрекаешь!

– Скажи спасибо, что я тебя всю жизнь кормлю!

– Что? Что ты сказала?

– А что слышала! Приживалка! Вот ты кто!

– Ирина Лукинична! – Андрей Артемьевич пытался удержать родственницу, но та выскочила из столовой.

– Маэстро Леондуполос! – Никанорыч торжественно представил нечесаного господина загадочного возраста. Если постричь и побрить, то, возможно, и пятидесяти лет ему нет, а если, вдобавок, переодеть из бесформенного балахона в партикулярное платье, то, окажется, что и сорока не стукнуло. Танцевальными па Леондуполос подскочил к ринувшейся навстречу Лаевской.

– Мадам! – быстро поцеловав руку, сказал он по-французски. – Как я и говорил, сегодня лучший день для сеанса.

Леондуполос чмокнул и сделал воздушный поцелуй. Мол, пальчики оближете!

Софья Лукинична не удержалась и расцеловала маэстро за столь радостное известие, Владимир Лаевский покрутил ложечкой у виска, Кислицын прыснул от смеха.

Никанорыч кашлянул и обратился к Тучину:

– Александр Владимирович! Подобрал я вам слугу! Не желаете взглянуть?

– С удовольствием! Андрей Артемьевич, Софья Лукинична! Благодарю за ужин! – Александр поклонился и поспешил за Никанорычем.

– Племянник мой! – пояснила гостю по-французски Лаевская.

– Куда же он? – забеспокоился маэстро, не понимавший по-русски. – Для сеанса необходимо тринадцать человек!

– Тринадцать? – удивилась Софья Лукинична. – Графиня Корзухина сказала, что вы с ней вдвоем были…

– Тогда луна была ущербной! – с укоризной напомнил Леондуполос. – А сегодня растет, нуждается в силах.

– А нас всего десять! – с огорчением прикинула Лаевская.

– Нет уж, уволь! – поднялся с места Андрей Артемьевич.

– И я прошу извинить! Тороплюсь к пациентам! – солгал Тоннер. Он выехал из дома вместе с Угаровым, намереваясь наведаться в гости к замужней сестре, но встреча с Баумгартеном резко изменила его планы. Теперь навещать племянников было уже поздно, а вот за атласом покорпеть пару часов доктор успеет. Вот дьявол! Атлас! Хромов потребовал его предъявить завтра!

– Спасибо! – поднялся барон Баумгартен.