Сломанная тень

– Думаю, вам его и не отдадут. Покажут, подразнят, получат деньги и оставят у себя. Зачем резать курицу…

– Заткнитесь! Если я взываю о помощи, это вовсе не значит, что меня ваше мнение интересует, – князь помолчал. – Повторяю, выкупить не могу. Нет у меня такой суммы!

– Много просят?

Князь скрипнул зубами.

– Двадцать пять! Тысяч!

– Ого! Торговаться пытались?

– Пытался! – нехотя ответил Дашкин. – Она и слушать не желает!

– Кто она? Марфуша?

– Откуда вы знаете?! – изумился князь.

– Помилуйте! Час назад при мне вы на нее накинулись…

– Ах да!

– Как ваше письмо к ней попало?

– Не знаю! Украла, наверное!

– Вот как? Марфуша бывает у вас в доме?

– За кого вы меня принимаете? Она украла у себя! То есть в доме Лаевских.

Черт! Князь схватился за голову. Вот! Как всегда! Сболтнул лишнее!

– Могу ошибиться, но сдается мне, господин Налединский отбыл туда месяцев пять, а то и шесть назад…

– Все верно!

– А шантажировать вас когда начали?

– Третьего дня! Слушайте! Зачем вам подробности? Скажите прямо, сможете его выкрасть? О вас говорили, как об очень ловком человеке…

– Кто?

– Не помню! Кажется, жена.

– Это преувеличение! Я действительно спас некоего Тучина от обвинения в убийстве…

– Кого? – князь даже привстал, что сильно Тоннера порадовало. – Тучина?

– Да!

– Зря! Ох, зря…

– Но я не крал писем, не делал подкопов под тюрьмой, не нападал на стражу. Я просто изобличил настоящего убийцу!

Расстроенный князь позвонил в колокольчик.

– Эй! Петруха! Ну-ка еще такой кофий!

– Да вы что?! – воскликнул Тоннер. – На тот свет захотели?! Еще чашечка – и апоплексический удар вам обеспечен!

– Ладно, не надо! Так сможете украсть письмо у Марфуши?

– А вы уверены, что оно у Марфуши? – Тоннер поднял с пола записку и принялся ее разглядывать.

Князь задумался:

– Разумеется! В первый раз, когда мы встречались с шантажисткой, моим людям удалось проследить за ней и узнать, где она живет! А сегодня Петруха сорвал с нее шляпку и увидел лицо!

– То есть сами вы лица не видели?

– Ни разу! И фигуры не видел! Мы оба раза сидели в экипаже, там темно.

– Это хорошо… – задумчиво протянул Тоннер.

– Что хорошего? – не понял князь. Кофе придал ему сил, он сумел самостоятельно переместиться на диван и сесть.

– Если скрывает лицо, значит, боится, – пояснил Тоннер.