След белой ведьмы

Было это семь лет назад, и в существовании жены жильцы дома охотно поверили, поскольку к тетке Фёдор мотаться прекратил и даже «невест» она ему искать перестала. На целых два с половиною года. А потом, видать, что-то не заладилось с женой. Сперва Аглая на нее жаловаться начала (хотя в глаза невестку не видела), а потом и Фёдор стал наведываться в теткин дом с прежним постоянством. А потом вернулись и «невесты».

Теперь уж очевидно, что женой Фёдора стала Ирина Алифанова. В Перми она доучивалась на медицинских курсах, там и замуж вышла, не особенно интересуясь мнением родных о своем женихе.

Одумалась через три года. Сбежала от мужа. В октябре месяце – на перекладных, в одном ситцевом платье, старой шали да тапочках на босу ногу, она приехала в отчий дом. И, слава Богу, назад так и не вернулась, как бы настойчив ни был ее муж, как ни плакал да ни каялся перед нею.

"По-видимому, тогда Фёдор (хоть и не отказался окончательно от жены) вновь обратил свое внимание на Лизу Кулагину, о которой так и не смог позабыть. Еще через год, вызнав, что отец отправил ее в Петербург, к тетке – одну, собрался ехать тоже. Рассчитывал, что там-то, без пригляда батюшки, у них с Лизою, наконец, все сложится. Даже солгал, будто свободен, да снова предлагал Лизе замужество.

Судя по тому, что случайно встретившись в поезде пару дней назад, Лиза его даже вспомнила не сразу, шансов он не имел никаких…

За те три года, что Фёдор Руднёв пребывал в Петербурге, убийства в уральском уезде прекратились почти полностью (за исключением пьяных да бытовых случаев).

О нездоровой страсти Фёдора Руднёва семейство Савиных, надо полгать, знало… Может быть не в таких подробностях, каких знала Аглая, но в уезд, Образцову, явно было велено: расследование убийств девушек никак не должно коснуться Савиных.

Слаженная система рухнула после смерти ключевой фигуры: Фёдора Руднёва.

Алекс припомнил, что Руднёва живым ему довелось видеть два раза. Второй – когда они боролись в спальной комнате Лизы; ну а первый – в тот вечер, когда Алекс ужинал у Алифановых да стал невольным свидетелем ссоры Руднёва с женой его, Ириной.