Сладостное заточение

Но сейчас, когда я устроила такой скандал, о котором, несомненно, будут говорить в течение следующего десятилетия, на мгновение я вообще забываю об их существовании. Я пытаюсь заглушить приступ хихиканья, бурлящий внутри меня, и терплю неудачу.

— Если быть совсем честным, — ворчит Массимо, вышибая дверь ногой. — Это не та реакция, которую я ожидал на свое предложение руки и сердца.

Я фыркаю и утыкаюсь лицом в изгиб его шеи.

— Прости. Ты бы видел выражения лиц всех присутствующих.

— Лучше им взять свои лица под контроль, прежде чем мы вернемся.

Массимо останавливается в конце темного коридора и пинком открывает еще одну дверь. Комната, в которую он меня несет, погружена в тени, единственным источником света является высокая торшерная лампа в углу. Темные портьеры закрывают окна на дальней стороне, а все остальные стены заставлены искусно вырезанными книжными полками.

— Где мы?

— В кабинете Брио. — Массимо усаживает меня на большой письменный стол, занимающий центр комнаты.

— Зачем?

— Затем, что если мне придется ждать еще немного, мой член взорвется.

Я поднимаю подбородок.

— Сделай все, что в твоих силах. Завали меня на этот стол и заставь меня выкрикивать твое имя, чтобы все слышали.

Дикий рык вырывается из его груди. Его рука соскальзывает с моего подбородка и обхватывает мою шею.

— Захара. — В его тоне явное предупреждение, обещание самых греховных плотских удовольствий. — Осторожнее. Мой контроль висит на волоске, и последнее, чего я хочу, — это непреднамеренно причинить тебе боль.

— Тогда перестань обращаться со мной так, будто я стеклянная. — Я хватаю его за галстук и притягиваю его ближе, чтобы промурлыкать ему на ухо.

Тело Массимо замирает.

— Мы с ним одно целое, детка, — шепчет он.

— Я знаю. — Я хватаю его за подбородок, подражая его хватке на мне. — Так что не смей отказывать мне даже в малейшей части себя. Отныне я хочу всего тебя, Массимо. Ты можешь мне это дать?

Что-то мелькает в его глазах. Что-то опасное. И немного злое.