Сладостное заточение

И я бы предпочла, чтобы так и оставалось.

Что-то мне подсказывает, что папа не был бы рад, если бы узнал о моих письмах. Всякий раз, когда он упоминает имя моего сводного брата, в его голосе появляется странная нотка. Она едва уловима, но кажется, что в его тоне есть доля враждебности. На моего сводного брата? На ситуацию? Какова бы ни была причина, это его раздражает, и я боюсь, что он запретил бы мне писать Массимо, если бы узнал.

Я закрываю дверь, затем откидываюсь на ее твердую поверхность и делаю глубокий вдох.

Когда мне наконец удается вытащить сложенные страницы, я разглаживаю складки, а глаза блуждают по содержимому. Две страницы! Обе стороны каждого листа заполнены графиками и формулами, а между ними втиснуты случайные заметки, написанные аккуратным мужским почерком.

Мне требуется целая минута, чтобы понять, на что я смотрю.

Обзор линейных уравнений — точные объяснения отдельных аспектов, например, что это такое и как они работают, а также примеры.

На моих губах появляется небольшая улыбка. На прошлой неделе в своем письме для Массимо, среди случайных житейских глупостей, я упомянула, что изучаю линейные уравнения на уроке алгебры. И что, черт возьми, я никак не могу разобраться с конструкцией этих уравнений.

Похоже, он все-таки читал мои письма

Исправительное учреждение строгого режима, пригород Бостона"

"— Спада.

Я поднимаю голову и смотрю на сотрудника исправительного учреждения, идущего по двору в мою сторону.

— Пройдись, — говорю я своему товарищу-заключенному, сидящему позади меня на скамье для поднятия тяжестей.

Жужжание тату-машинки на моей левой лопатке прекращается, и через мгновение я слышу, как художник удирает. Он довольно пугливый парень, но он знает свое дело.

Протягиваю руку, беру конверт из протянутой руки командира.

— Как поживает твой проблемный кузен, Сэм?

— Хорошо. Он все еще в реабилитационном центре, но должен выйти на следующей неделе. — Охранник бросает взгляд через плечо. — Спасибо, — шепчет он, когда его внимание возвращается ко мне.

— Просто убедись, чтобы он держался подальше от территории Триады, когда его освободят. Китайцы очень хотели преподать ему урок за то, что он торгует на их территории».

— Я знаю.