Сладостное заточение

— Связать себя узами брака с женщиной из Коза Ностры по моему выбору, — наконец говорит он.

Мои брови взлетают вверх. Этого я не ожидал.

— Выбирай. Мне нужно только имя, и мы назначим дату и забронируем церковь.

— Зара Веронезе.

Мое зрение краснеет, затмевая все в комнате. Я понятия не имел, что двигаюсь, пока мой кулак не смыкается на рубашке Сальво, когда я толкаю его к стене.

— Что ты сказал? — Мой голос едва слышен, когда я приближаю к нему свое лицо.

— Ты сказала, что я могу выбирать, — хрипло говорит он, глядя на меня.

Она мне не сестра, мать вашу! Мне хочется кричать эти слова во все легкие, но я каким-то образом заставляю себя их проглотить. Он прав. Она не моей крови, но все еще член моей семьи. Я не имею права сходить с ума из-за того, что он ею интересуется. Но, несмотря на это, я хочу уничтожить его на месте.

Он не может ее получить! — ревёт этот лицемерный придурок у меня в голове.

— Никогда, — рычу я.

Сальво кладет ладони мне на грудь и отталкивает меня назад.

— Заре нужен кто-то, кто сможет ее защитить. С учетом того дерьмового шторма, который ты собираешься обрушить на нас всех. Какого хрена ты не отослал ее вместе с Нерой?

Потому что я не могу вынести даже мысли о том, чтобы быть вдали от нее. Потому что я хочу быть тем, кто защитит ее.

Да, но кто защитит ее от тебя? От мужчины, который использовал ее с тех самых пор, как она была ребенком? От ее собственного сводного брата, которого последние три года мучают грязные мысли о ней?

Заткнись, придурок!

— Захара тебя не касается, и никогда не будет.

Глаза Сальво сверкают от удивления.

— Между тобой и Зарой что-то есть? Поэтому она здесь живет, с тобой?

— Не смеши, — огрызаюсь я. — Учитывая ситуацию, ей безопаснее остаться здесь, чем жить одной.

— В тебя только что стреляли!

— И я с этим справился. Никто не сможет обеспечить безопасность Захары лучше, чем я!

Прищурившись, Сальво смотрит на меня.

— Если между вами двумя что-то происходит, это вызовет скандал эпических масштабов. Ты же знаешь, какова Семья, когда дело касается женщин. Осуждения. Беспощадные сплетни. Дурная репутация. Слухи и клеймо будут преследовать ее всю оставшуюся жизнь. Они сломают ее, Массимо.

Я отпускаю его рубашку и смотрю ему прямо в глаза.

— Между мной и моей сводной сестрой ничего нет. Никогда не было.