Сходняк

Черт его знает, почему Алексей закрыл глаза за мгновение до первой вспышки. Не иначе, в очередной раз сработало чутье."

"Не раз Карташ пытался уяснить для себя, что есть на самом деле это пресловутое чутье. Возможности разума ограничены. За считанные мгновения рассудок не в состоянии адекватно оценить ситуацию, не в состоянии просчитать огромное количество вариантов и выбрать единственно верный... Но успевает интуиция. Это потом, задним числом понимаешь, почему вдруг рефлексы сработали именно так, а не иначе.

Вот, например, сейчас. Скрупулезнейше спланированная, тщательно выверенная операция, о чем нетрудно догадаться по ее началу, где нападавшая сторона вряд ли испытывает недостаток в техническом оснащении и явно имеет представление о приеме, который их ожидает в вагоне, – о приеме, который грозит перерасти в непредсказуемый, затяжной бой. И как в таком случае действовать нападающей стороне, чтобы самим избежать потерь и не застрять у вагона до тех пор, пока к обороняющимся не подоспеет подмога? Газ или шоковые гранаты. Вот такой просчет мог сделать бы разум, будь у него время. Но времени не было, и разум бездействовал, передоверив работу интуиции. И этот чертов биокомпьютер справился. Да надо каждый день хвалу возносить этому дару, совмещающему дарованные природой возможности и память ушедших предков, холить его и лелеять! Нужно только научиться его включать, или, вернее сказать, научиться не препятствовать его включению – и нюх вытащит из любых передряг...

Короче, повинуясь безотчетному порыву, Карташ зажмурил глаза – за мгновение до того, как в вагой залетела первая световая граната.

Впервые в жизни Алексей испытал на себе поражающее воздействие шоковых гранат, хотя испытал и не в полной мере. Однако вполне хватило и того, что он хватанул. Даже сквозь сомкнутые веки обожгла глаза невыносимой яркости вспышка, просочилась-таки сквозь тонкую кожу век, достав, казалось, до самого мозга. А что ж тогда творилось с остальными, которые глаза не прикрыли! И если еще учесть, что полыхнуло в сумрачном помещении.

..

Ничуть не играя, Алексей завалился на пол, ошарашенный, на миг потерявший контроль над собой, как бывает с боксерами, которые пропускают сильный акцентированный удар. Но все же Алексей не потерял сознания... думается, в отличие от всех остальных, кто был в вагоне. И падая, подумал, что было бы совсем здорово, если б он вовремя повернулся к вспышке спиной. Но нельзя же требовать от чутья столь многого...