Sindroma unicuma. Книга 2.

Вдруг Мэла тяготит моя чрезмерная горячность? Вроде бы нет. Он выглядел довольным жизнью и мной, сидящей у него на коленях.

- Не тяжело? Наверное, отсидела тебе ноги.

- Нет, - ухмыльнулся он. - Очень удобно. У футболки глубокий вырез.

- Ах ты! - шутливо стукнула его по руке. - Кстати, чья футболочка? Для кого берег?

- Для тебя, - попытался отвертеться Мэл.

- Так и поверила, - посмотрела я на него взглядом дознавателя.

- Кто-то подарил, уж не помню, когда, - начал оправдываться он. - Валялась в шкафу без дела.

- Правда? - прищурилась я. - Подарок одной из бывших?

- Не помню. Бросил и забыл. Честно.

- Ладно, - сказала грозно и тут же, не сдержавшись, поцеловала, хотя собиралась построжиться.

Где-то под боком заиграла модная песенка, и Мэл, чертыхнувшись, извернулся и достал из кармана брюк телефон. Я хотела подняться, чтобы не мешать разговору, но Мэл удержал меня, обхватив крепче. Посмотрев на экран, он ответил на вызов.

- Ну? - спросил в трубку. Прирожденный хам: ни здрасте, ни привета.

Телефон прокурлыкал.

- Я занят. Очень, - ответил Мэл и выслушал говорящего. - Не сейчас и не сегодня.

Опять помолчал, воспринимая поток речи.

- Не твое дело, с кем. Мне некогда, пока, - оборвал разговор, а потом, подумав, отключил телефон.

- Сестра, - пояснил, и мое напряжение спало. - Вечно лезет не вовремя. Уверяла, что забыла у меня записи любимой группы, хотя сто лет здесь не была.

- Если хочешь, не объясняй, - проявила я великодушие, хотя минуту назад сердце скручивалось от ревности к неизвестному звонку.

- Объясняю, потому что хочу, - ответил он резковато. - Почему не ешь банан?

- Объелась, - сказала я и неожиданно почувствовала тяжесть в желудке. Так и есть, незаметно мы опорожнили треть холодильника.

Я сконфузилась. Вдруг Мэл подумает: с виду малявка, а затягивает в себя как пылесос. Но, несмотря на угрызения совести, всё же решила употребить банан. Не пропадать же ему, коли очищен, а выбрасывать добро не приучена.

- Пошли в душ, - предложил Мэл.

- В душ? - удивилась я. - Уже два раза ходила.

- Пошли в третий. Вместе.

- Вместе? - от осознания его предложения щеки заполыхали огнем, а кусочек банана встал в горле.

- Опять покраснела, - уел меня Мэл. - Пошли?

- Ну, пошли, - согласилась я нерешительно. - А когда будем убирать свинство? - показала на беспорядок, оставшийся на столе.

- Забудь. Скоро придет домработница, - потянул он за собой.