Sindroma unicuma. Книга 2.

- Я? - вспомнил Мэл о вопросе через какое-то время. - Я... решался, - и сунул мне в рот кусочек пирога с курицей."

"- На что? - спросила, жуя.

- Ну... поговорить с тобой, - сказал он нехотя и замолчал.

Любопытно. Вытяну из Мэла правду, тем более, кажется, догадалась, как добиться желаемого.

- Зачем хотел поговорить? Собирался ходить кругами до утра? - завалила вопросами. Мэл пожал плечами, показывая, что не расположен к обсуждению, и тогда я прикусила его мочку, а потом поцеловала под ухом разок, другой.

Мэл дернулся и издал сдавленный звук.

- Не... до утра, - выдавил, отклоняя голову, чтобы добровольно отдаться во власть пытки. - Эва! - попросил умоляюще. - Уже собрался... идти в общежитие.... Смотрю... ты стоишь, - закончил срывающимся голосом.

- И? - продолжила я измываться с особой жестокостью, сместив поцелуйчики в область шеи.

- Я не... не привык добиваться девушки, - пояснил Мэл сбивчиво. - Обычно они сами...

- Что сами? - не отступала я от изматывающей ласки.

- Сами... вешались.

.. А тут ты...

- А тут я, - напомнила ему, не отрываясь от истязания. - Какая?

- Эвка, издевательница! - он обхватил меня руками и поцеловал, беспощадно измучив губы. Точно синяк на весь рот останется.

- Значит, не понравилось? - надулась я деланно.

- Наоборот, - хмыкнул он. - Посмотрим, как запищишь на моем месте.

Последующие несколько минут были заполнены возней, хихиканьем, взвизгиваниями и чмоканьями, пока я не взмолилась:

- Мэл, дай отдышаться!

- То-то же, - зажал зубами банан за хвостик и ловко очистил свободной рукой от кожуры.

- Если серьезно, хотел сказать, что не умею ухаживать. То есть не знаю, как нужно ухаживать за тобой, потому что тебе не нравится то, что нравилось другим. Бросаюсь из крайности в крайность и всё запутываю.

- Мэл... - я замолчала от полноты нахлынувших чувств. - То есть ты хотел за мной...? А как же приятели?

- Ты согласна остаться приятелем? - глянул он на меня. - Я - нет.

- И я.

Просунув ладонь под рубашку, я погладила горячую атласную кожу.

Прикорнула на груди Мэла, и он мягко поцеловал в макушку. Подняв голову, я неловко ткнулась под его подбородок, и снова наступила тишина, сопровождаемая шумным дыханием и чмокающими звуками. Совершенно невозможно отказаться от упоительных ощущений, неожиданно открывшихся мне сегодня. Много лет я жила, обделенная нежностью и лаской, которой с избытком одаривал Мэл, поэтому катастрофически не хватало силы воли, чтобы вовремя остановиться.