Шкура

– Что ты из меня тирана делаешь? Ты что на меня напраслину возводишь?"

"Степа медленно зашагал по хрустящему снегу.

– Ты зачем на мать такое наговариваешь? – засеменила следом Марфа, размахивая руками. – Как тебе не совестно такое говорить? Это Галька из тебя предателя сделала? Это она тебя научила, как с матерью разговаривать?

Степа поднялся на крыльцо, открыл дверь и вошел в сени.

– Чего молчишь, предатель? Стыдно матери в глаза посмотреть? А ну, повернись! – Марфа чуть не упала на ступеньках. Упершись рукой в стену дома, она закряхтела, не переставая поносить сына.

Она почти заползала в хату, потому что нога неудачно соскользнула с порога, и Марфа чуть не выбила себе зубы, рухнув всем телом на промерзший порожек. В этот момент Степа уже стоял перед женой и нехотя снимал валенки.

– Галь, – начал он, – за отцом ехать надо.

– Я уже поняла, что он серьезно приболел, – Галя успела замесить тесто для пирога, пока муж и его мать осматривали сарай.

– Галя, – Степан поставил валенки под лавку, – он не говорит.

– Да ты что? – от услышанного Галя случайно рассыпала часть муки на пол.

– Он мне деда напомнил, когда тот мычал и плакал, – слезы проступили, и Степа вытер их рукавом фуфайки.

– Не волнуйся. Завтра поедешь и привезешь его. Выходим, – Галя сметала муку в совок.

– А меня вы спросили? – наконец, Марфа вошла в хату. Она потирала колено и морщила нос от боли.

– Мы сами его поставим, – ответила Галя, убирая веник и совок за печку. – Заодно и моих сестер с мамой заберем. Нечего им по сараям кочевать.

– Я тебе заберу! – взвизгнула Марфа, стукнув себя по больному колену. Она застонала и плюхнулась на лавку. – В эту хату только мы имеем право въезжать. А твои родственники тут лишними будут. Только посмей притащить сюда эту шоблу, не позволю жить в доме, который им не принадлежит.

– Он и тебе не принадлежит, – с усмешкой сказала Галя, уставившись на свекровь. – Здесь полноправные хозяева мы со Степаном и Панкрат Федосеевич. А если будешь на рожон лезть, то я свекру всю правду выложу.

Посмотрев с удивлением на жену, Степан перевел ошарашенный взгляд на мать.

– О чем это вы? – спросил он охрипшим от волнения голосом. – Мам, что за секреты?

Глава 44

– Вот видишь, сынок? – вскочила с лавки Марфа.