Сердце Дракона. Предпоследний том. Часть 2

Голем, почувствовав угрозу, начал дергаться из стороны в сторону, пытаясь понять откуда именно исходить опасность. Но его израненное тело почти не двигалось, а глаза застилал пар.

Когда же Хаджар отвел руку в сторону, время замедлилось, секунды растянулись в бесконечность. Туман, жар, отзвуки грота — все это, казалось, сгустилось вокруг него, водоворот стихий и силы сосредоточился на кромках спрятанного клинка.

Затем Хаджар единым, резким движением, нанес удар. Меч, все еще находящийся в ножнах, пронесся по воздуху одновременно с плавностью, но в то же время с дикой, неудержимой свирепостью.

"Когда меч в ножнах ударил по железной плоти голема, произошло нечто удивительное. Из места, где ножны врезались в сталь, вырвался порыв ветра, яростного и необузданного. Словно Хаджар не просто ударил оружием, а высвободил силу, непохожую ни на что, что он использовал прежде.

Голем, застигнутый врасплох внезапной бурей, зашатался. Ветер, обрушившийся на него, за мгновение обернулся штормом. Порыв был подобен волне, приливной силе, которая обрушилась на голема с мощью зимней бури, разбушевавшейся в своей неудержимой ярости.

Голем, несмотря на свой исполинский размер и все еще, несмотря на все раны, не растерянную мощь, оказался бессилен перед властью разбушевавшейся стихии.

По мере того, как шторм бушевал в сердце пещеры, пар начал рассеиваться, уносимый силой ветра. Грот, вновь видимый в мерцающем свете кристаллов, носил теперь на себе на себе следы битвы — раздробленные остатки колонн, разбросанные обломки, остатки разбитых чанов, глубокие, разбитые овраги и еще множество других, мелких деталей, шрамами протянувшихся по стенам, полу и даже своду.

И на фоне этого разрушения Хаджар стоял подобно неприступной горе. Меч его по-прежнему спал в ножнах, а сила ветра постепенно ослабевала.

Голем, или то, что от него осталось, не выдержавший одного единственного удара, лежал на спине.